Имя материала: История государства и права зарубежных стран. Часть 2

Автор: О. А. Жидков

Глава 23. право китая

 

Право империи Цинов. Цинский Китай имел два систематизированных свода законов, один из которых относился к государственному и административному праву, другой — к уголовному, гражданскому и семейному. Первый свод законов (Дацин хуэйдянъ) содержал детальные предписания относительно функций всех правительственных учреждений. В нем были перечислены, например, должности чиновников в каждом из 1293 уездов империи.

Тексты сводов законов не составлялись, как уже отмечалось ранее, каждой династией заново, они вносили изменения в законы предшествовавших им династий. Напомним, что еще в 1644 г. Цинский двор поручил особой комиссии рассмотреть минский свод законов Дамин люй с целью внесения в него изменений. Составление нового свода законов завершилось в 1646 г., а в следующем году он был опубликован. В результате работы кодификационной комиссии абсолютное большинство установлении династии Мин вошло в цинский свод законов в качестве основных законов (люй). Новые законы, принятые цинским двором, были включены в него в виде дополнительных постановлений (ли). По указу 1746 г. их следовало периодически пересматривать, впоследствии такие пересмотры проводились через каждые пять—десять лет. Этот второй свод законов назывался Дацин люйли (Основные законы и постановления Великой династии Цин). Он ставил маньчжурских завоевателей в привилегированное положение по отношению к коренному населению. Маньчжуры наказывались менее сурово, чем китайцы (за исключением китайцев, служивших в маньчжурских войсках). Они пользовались правом замены одного наказания другим — более легким или менее унизительным.

Своеобразной была систематизация норм в Дацин люйли. Он состоял из семи разделов. В первом указывались виды наказаний и обстоятельства, при которых наказания могут быть смягчены, в остальных содержались составы преступлений и способы разрешения гражданских споров, причем каждый раздел был связан с деятельностью одного из министерств. Так, например, раздел министерства налогов содержал санкции за неуплату поземельного и других налогов, за посягательство на государственное имущество, за преступное нарушение публичного интереса при производстве и обмене товаров и т. п. Раздел военного министерства перечислял наказания за нарушение безопасности путей следования императора, повреждение городских стен, недоброкачественные поставки для армии, воинские, в том числе пограничные, преступления и преступления против государственной почтовой службы. Наибольшее число составов преступлений содержалось в разделе министерства уголовных наказаний. Туда входили и воровство, и убийство, и насилие, и поджог, и словесные оскорбления, и множество других, в том числе и преступления, связанные с отправлением правосудия.

Из анализа Дацин люйли следует, что в его установлениях (в том числе и предусматривающих наказание) так или иначе отразилась система действовавших в традиционном Китае частноправовых норм. Так, брачно-семейные отношения, оформлявшиеся договором между главами семейств, регулировались широким комплексом норм обычного права, в которых дух конфуцианской морали проявлялся нагляднее всего. Отношения по наследованию имущества также регламентировались достаточно развернутыми правилами. В сфере земельного права особенно подробно были разработаны арендные отношения. Кодекс косвенно свидетельствовал о существовании в цинском Китае, правда в неразвитой форме, рынков, торговых агентов, банков, торговых товариществ, акционерного капитала. В регламентации деятельности торговцев и кустарей исключительную роль играли гильдии, располагавшие своими уставами и правилами ремесла и торговли, а также органами разрешения споров.

Нормы обычного права в императорском Китае в основном порождались низовыми социальными структурами (кланами, деревенскими общинами, купеческими гильдиями и т. д.) и действовали, как правило, в рамках этих структур. В силу же неодинаковости условий жизни в различных районах обширного государства они были многообразными, противоречивыми, что вело к чрезвычайной пестроте китайского обычного права. Оценивая значение последнего в системе социального регулирования традиционного Китая, следует иметь в виду, что китайский деспотизм на долгие века законсервировал хозяйственно-атомизированное общество с господством натурального и мелкотоварного производства. Экономические отношения в подобном обществе не нуждались в более развитой, более мощной регулятивной силе, чем обычай, традиция, признаваемые и поддерживаемые государством. Охрана господствующих общественных отношений, их неприкосновенность, недопущение утраты тех ценностей, которые были свойственны традиционному пониманию миропорядка, было сферой уголовного законодательства, которое в XIX в. отличалось крайней жестокостью.

Дацин люйли предусматривал около трех тысяч преступлений, многие из них наказывались различными видами смертной казни, вечной и срочной ссылкой, ударами большой и малой палки. По остальным преступлениям предусматривалась ссылка в дальние гарнизоны и с отдачей в рабство. Все виды ссылки сопровождались битьем палками. В качестве дополнительных мер наказания применялись ношение шейной колодки и клеймение. Вместе с тем допускался откуп от уголовного наказания, в том числе и от смертной казни, а также наем других лиц для отбывания наказания (в случае, например, битья палками). Некоторые преступления влекли за собой наказание не только виновного, но и всех близких родственников по мужской линии. Допускалась уголовная ответственность детей с 7 лет. В уголовном процессе широко применялись пытки.

Как и многие другие своды законов средневековья, Дацин люйли описывал преступления преимущественно в форме казусов. Причем, чем опаснее были те или иные виды преступлений, тем детальнее описывались они в законах и различных подзаконных актах. Например, Дацин люйли устанавливал ответственность за совершение десятков видов убийств, которые в свою очередь детализировались на более конкретные составы в зависимости не только от формы вины, количества преступников и т. д., но и от степени родства, служебного подчинения или иной социальной зависимости преступника и потерпевшего, их социального положения, пола, возраста, времени и места совершения преступления, орудий убийства и т. п. К тягчайшим преступлениям относилось убийство родителей, деда и бабки, отчима или мачехи; менее тяжким признавалось, например, убийство дяди, тети, старшего брата; наконец, при определенных условиях совершенно ненаказуемым могло оказаться лишение жизни детей и внуков.

Многообразие конституирующих и квалифицирующих преступление признаков, усиленное многовековыми наслоениями законов, подзаконных актов и их толкований, делали невозможной систематизацию общественно опасных деяний. В результате этого Дацин люйли и представал в виде собраний огромного числа казусов.

Буквально накануне революции была проделана большая работа по совершенствованию Дацин люйли, приведению его норм в соответствие с реалиями китайского общества. Из кодексов исключили уголовные наказания палочными ударами, а меры физического воздействия, предусматривавшиеся в качестве санкций по гражданским делам, заменялись системой штрафов. Из Кодекса было исключено большое количество устаревших положений. К Дацин люйли как своду законов обращались суды и после падения империи Цинов. Во многих своих положениях он действовал до 5 мая 1931 г., т. е. до вступления в силу двух последних книг Гражданского кодекса Китайской Республики. Что касается цинского Свода узаконений (Дацин хуэйдянь), то он практически прекратил свое действие с провозглашением республики.

Право Китайской Республики (1912—1949 гг.). С установлением в Китае республиканского строя начался процесс модернизации традиционного права. Первым кодексом законов, принятым в Китае после Синхайской революции, было Уголовное уложение 1912 г. Первоначально оно состояло из 411 статей. В 1928 г. в него был внесен ряд изменений и оно было переименовано в Уголовный кодекс (УК). Позднее этот Кодекс действовал в редакции 1935 г. и состоял из 357 статей. Уложение и УК вобрали в себя много прогрессивных по тем временам положений уголовного права. Например, в ст. 10 Уложения в принципе отрицалось назначение наказания по аналогии. В Кодексе отсутствовали абсолютно неопределенные санкции, были достаточно подробно решены вопросы субъективной стороны преступления, соучастия, включены статьи о досрочном освобождении, ликвидировались телесные наказания. Почти целиком заимствованный из уголовного законодательства Японии, Франции, Бельгии, Германии и Нидерландов, этот Кодекс внес в уголовное право Китая много новых идей и институтов.

В области гражданско-правовых отношений, как уже отмечалось выше, продолжали действовать относящиеся к гражданскому праву положения Дацин люйли. Вместе с тем был принят ряд важных для предпринимателей законов, регулирующих имущественные отношения в некоторых специальных областях, например Горнопромышленный устав 1914 г., Лесной устав 1915 г.

Большую роль во внедрении положений западного права в судебную практику сыграл Верховный суд, выполнявший в те годы определенные нормотворческие функции. Своими решениями он приспосабливал законодательство Цинской династии к потребностям буржуазии и таким же путем заполнял многочисленные пробелы гражданского законодательства, ссылаясь при отсутствии законов и обычаев на принципы права. При этом в качестве принципов права применялась европейская буржуазная правовая доктрина, которая нашла благодатную почву в сравнительно развитых приморских районах страны. Что же касается более отдаленных провинций, то в них судебные чиновники продолжали творить суд в соответствии с местными обычаями и цинским законодательством.

В последующие два этапа реформы национального права, т. е. в периоды до конца 20-х, а затем до середины 30-х гг. в кодификационных работах возобладали стремления к большему учету особенностей национальной правовой культуры, правосознания китайского народа, специфики мышления юристов страны, что выразилось, в частности, в том, что законодатели стали постепенно вводить в нормативные акты чисто китайские правовые понятия. Так, Уголовный кодекс 1928 г. вернулся к трактовке соучастия, принятому в Дацин люйли, предусматривающей преимущественный анализ субъективной стороны преступления. При этом к главным преступникам относились организаторы и подстрекатели, даже если они физически не участвовали в совершении преступления. Эти положения о соучастии были в дальнейшем развиты в УК 1935 г., по которому подстрекатель привлекался к уголовной ответственности и в том случае, если исполнитель не совершил никаких действий для реализации преступных целей.

Уголовный кодекс 1935 г. счел возможным восстановить и традиционный для Китая институт выкупа наказаний (ст. 41). Так, если имелись препятствия для исполнения приговора (по личным качествам осужденного, его семейному положению, или иным причинам), приговор мог быть обращен в штраф из расчета от одного до трех юаней за один день тюремного заключения или ареста.

Все упомянутые кодексы в соответствии с вековыми традициями Китая устанавливали повышенную уголовную ответственность за посягательство на жизнь, здоровье и честь родственников. В своих нормах кодексы определяли родственников прямой восходящей и боковой восходящей линий, и посягательство на жизнь и здоровье каждого из них подробно регламентировалось в нормах Особенной части. Ограничение применения смертной казни к лицам моложе 18 лет не распространялось на случаи умышленного убийства ими родственников по прямой восходящей линии.

Характерно, что Кодекс 1935 г. вернулся в некоторых вопросах и к регулированию экономических отношений по дореволюционному законодательству, отмененному Уголовным уложением 1912 г. Как показала практика, гражданский оборот в Китае не достиг той степени свободы, когда его функционирование полностью обусловливается экономическими интересами, не допускающими какого-либо волевого вмешательства извне. Внеэкономическое волевое давление оказалось весьма эффективным в период интенсивного развития в Китае капиталистических отношений.

Проект Гражданского кодекса Китайской Республики был разработан к концу 1925 г. Однако последующие бурные события в стране (национальная революция 1925—1927 гг.) помешали его принятию. Окончательно проект Кодекса был принят по частям в 1929—1930 гг. и полностью вступил в действие в мае 1931 г. Гражданский кодекс (ГК) Китайской Республики был разработан с ориентацией на соответствующий кодекс Японии и Германское гражданское уложение (ГГУ). (Как известно, и японский ГК был составлен под сильным влиянием ГГУ). Вместе с тем гоминьдановский ГК имел свои особенности. Так, с точки зрения общей формы и отдельных институтов он выглядел более упрощенным, примитизированным — многие его положения не были разработаны столь подробно и тщательно, как в японском ГК и ГГУ, прямо отсылали к нормам обычного права, которые в ряде случаев противоречили законам.

В целом гоминьдановский ГК регулировал имущественные отношения в общей форме. Многие вопросы промышленной и торговой деятельности им не охватывались, что требовало разработки отдельных законов, которые в совокупности позволяли говорить о появлении в Китае торгового права. Среди актов торгового права, принятых до начала антияпонской войны (1937—     1945 гг.), можно упомянуть принятое в 1929 г. Положение о торговых товариществах, Законы о купеческих гильдиях, о биржах, о страховании, о товарораспорядительных документах. Затем последовало законодательство о товарных знаках и ценных бумагах (1930 г.), Закон о банках (1930 г.), Земельный закон и Временное положение о патентах (1932 г.), Положение о торговых портах (1933 г.), Законы о несостоятельности и страховых предприятиях (1935 г.). Одновременно с законом принимались подробные правила о порядке его применения.

На конец 20-х — начало 30-х гг. под воздействием требований, выдвигавшихся рабочими, приходится всплеск гоминьдановского трудового законодательства. Приказом Чан Кайши были ведены в действие Временные правила работы арбитражных комиссий и правила урегулирования конфликтов между рабочими и предпринимателями для Шанхая (май 1927 г.). По образцу этих региональных правил были изданы соответствующие акты и в других городах. По мере расширения территории, подвластной Нанкину, стали разрабатываться и общегосударственные акты. Одним из первых был выработан Закон об урегулировании конфликтов между рабочими и предпринимателями. В течение полутора лет он действовал экспериментально и окончательно был утвержден лишь после ряда изменений в марте 1930 г. Закон предусматривал строгую обязательность обращения к услугам примирительной или арбитражной комиссии. Нарушивших это правило штрафовали или даже подвергали тюремному заключению. В период разбирательства конфликта запрещались забастовки рабочих, а также объявление локаутов или увольнения рабочих предпринимателями. В 1928 г. нанкинские власти опубликовали Фабричный закон. В этом законе нашли отражение такие важные вопросы условий труда, как рабочее время, минимум зарботной платы, договоры о найме, трудовое страхование, условия труда женщин и детей и другие.

Однако следует отметить, что гоминьдановское законодательство об условиях труда и найма было скорее декларацией, чем действующим правовым актом. Кроме того, оно даже формально не распространялось на значительную часть рабочих, занятых на мелких предприятиях, в кустарно-ремесленных мастерских, мелких лавках и т. п. Закон официально вступил в силу только в 1931 г., но некоторые его статьи было решено ввести в действие лишь после “созревания соответствующих условий”. Позднее Фабричный закон был дополнен целым рядом законодательных актов, детализировавших отдельные стороны труда и найма. В 1930 г. был опубликован Закон о коллективных договорах, в 1931 г. — Положение о технике безопасности, а в 1936 г. — Закон о минимуме заработной платы.

Довольно полное и подробное по всем отраслям законодательство Китая непрерывно уточнялось или дополнялось. Основные гоминьдановские законы были сведены в Люфа цюаньшу — Полную книгу шести законов (или шести отраслей права), в которую вошли законодательные нормы, сгруппированные по следующей схеме: конституционное право, гражданское право, гражданско-процессуальное право, уголовное право, уголовно-процессуальное право, административное право, куда включалось трудовое, финансовое и земельное право. Однако реальные результаты усилий Гоминьдана модернизировать правовую систему страны оказались незначительными. Последовательному проведению в жизнь новых законов препятствовала раздробленность страны. Юрисдикция гоминьдановского правительства не распространялась с началом японской агрессии на оккупированные Северно-Восточный Китай и приморские районы. Различные группировки милитаристов не признавали фактически власти нанкинского правительства и издавали на подвластных им территориях собственные законы. Вдобавок Китай почти весь этот исторический период сотрясала гражданская война.

Начальный этап формирования права Китайской Народной Республики. Еще до образования КНР в феврале 1949 г. директивой ЦК КПК было отменено действие гоминьдановского законодательства на территории освобожденных районов. Взамен старого законодательства судам и правительственным органам было предложено руководствоваться установлениями, выраженными в “программах, положениях, приказах, постановлениях и других документах, опубликованных народными правительствами и Народно-освободительной армией, а при отсутствии их — политикой новой демократии”. Действительно, освобожденные районы обладали определенной правовой базой, первоначально заложенной еще на советском этапе революции в Китае. Однако они не могли создать достаточно систематизированного законодательства в силу чрезвычайных условий своего существования. Их законодательные акты были скорее программными документами. Так, вместе с провозглашением Китайской советской республики съездом советов были приняты законы о земле и труде. По первому закону земли милитаристов, помещиков и зажиточных крестьян (“кулаков”), а также храмовые земли подлежали конфискации и распределению между бедняками и середняками. Батраки и красноармейцы обеспечивались землей наравне со всеми. “Кулакам” вместо конфискованной предоставлялась земля худшего качества. У всех указанных категорий землевладельцев, кроме “кулаков”, конфисковывалось все имущество, у “кулаков” — только “лишний” скот и сельскохозяйственные орудия. Законом подтверждалось право крестьян на куплю-продажу и сдачу в аренду земли.

Закон о труде устанавливал на предприятиях 8-часовой рабочий день для взрослых и 4—6-часовой — для подростков, еженедельный оплачиваемый день отдыха, ежегодные отпуска для всех лиц наемного труда, равную плату за равный труд, систему коллективных договоров и социального страхования, а также свободу деятельности профсоюзов.

Первым нормативным актом, принятым ЦИК КСР, явилось Положение о браке от 28 ноября 1931 г., вскоре замененное более совершенным Законом о браке (8 апреля 1932 г.). Оба законодательных акта провозглашали свободу брака и развода, объявляли об упразднении заключения брака по воле родителей, запрещали куплю-продажу невест, полигамию и полиандрию и пр.

Были приняты также акты, устанавливающие новые основы судопроизводства. Уголовное законодательство было представлено довольно жесткими Директивой ЦИК КСР о временном порядке решения дел о контрреволюционных преступлениях (от 13 декабря 1931 г.) и Положением КСР о наказании за контрреволюционные преступления (от 8 апреля 1934 г.). Эти акты, устанавливая общие принципы уголовной ответственности за эти преступления, предоставляли судам широкие полномочия детализировать их в каждом конкретном случае.

В области гражданского права в КСР были приняты Временные правила о вложении капиталов в торговые и промышленные предприятия (1 января  1932 г.) и Временные правила о ссудах (1 февраля 1932 г.). Первый акт предоставлял свободу деятельности предпринимателям, соблюдающим законы и постановления КСР. Второй акт объявлял недействительными всякие займы, носившие ростовщический характер, устанавливая наивысший размер процента по краткосрочным и долгосрочным займам.

Предусматривалось также и проведение социальных преобразований, направленных на разрушение феодальной системы землевладения, на ликвидацию жестоких форм эксплуатации крестьян.

В силу разобщенности освобожденных районов, объединенных только политическим и военным руководством КПК, законодательство этого времени носило сугубо партикулярный, разрозненный характер, кроме, пожалуй, Маньчжурии, на большей части территории которой власть КПК установилась сразу после окончания второй мировой войны. Довольно большой пласт нормативных актов создало за короткий период своего существования в 1948—1949 гг. и народное правительство Северного Китая.

В целом несовершенство созданной в освобожденных районах правовой базы делало полный отказ новой власти от старого законодательства вряд ли оправданным. Главную роль в этом сыграли идеологические стереотипы ортодоксального марксизма, в соответствии с которыми гоминьдановское право не могло расцениваться иначе как реакционное и враждебное, обреченное на уничтожение.

После образования КНР правовой партикуляризм сохранился. До 1954 г. страна была разделена на упоминавшиеся выше большие административные районы, военно-административные комитеты которых осуществляли обширное нормотворчество. Некоторые нормативные акты этих районов помещались в общекитайских сборниках законов и постановлений, особенно по вопросам, еще не отрегулированным национальным законодательством.

Правотворчество КНР отличалось в эти годы многосубъектностью, которая выражалась в предоставлении нормотворческих прав широкому кругу властных органов. Кроме властей больших административных районов субъектами местного правотворчества выступали военно-контрольные комитеты НОАК. С образованием КНР законодательные права в общегосударственном масштабе стали осуществлять Центральный народный правительственный совет (ЦНПС), Административный совет и комитеты этого Совета. Всего до “культурной революции” 1966—1976 гг., когда законодательная деятельность прекратилась, было издано 1500 законов и постановлений только на национальном уровне. Кроме того, большое значение имели обобщения судебной практики и различные проекты нормативных актов, которые применялись на практике выборочно, но иногда в сравнительно широких масштабах.

Первым законодательным актом, принятым ЦНПС, был опубликованный 1 мая 1950 г. Закон о браке, продолжавший традиции семейного законодательства освобожденных районов. Закон уже в масштабе всей страны устанавливал одинаковые права и обязанности мужчин и женщин в браке, закреплял обязанность родителей воспитывать и содержать своих детей, равноправие внебрачных детей с детьми, родившимися в браке. За ним последовал Закон о земельной реформе (21 июня 1950 г.), целью которого была ликвидация помещичьего землевладения. Закон регулировал конфискацию помещичьей земли, принадлежавших помещикам сельскохозяйственного инвентаря, излишков зерна, части жилых строений в сельской местности и их распределение среди “безземельных и малоземельных крестьян”.

Первые акты того времени в области трудового права были приняты Всекитайской федерацией профсоюзов (Временные правила о порядке разрешения трудовых конфликтов от 20 ноября 1949 г., Временные правила о заключении договоров между трудящимися и предпринимателями на частных предприятиях от 22 ноября 1949 г. и др.). Но тогда же принимаются и государственные акты в этой области. Так, 22 ноября 1949 г. министерством труда принимаются Правила организации и работы городских комиссий третейского суда по конфликтам между трудом и капиталом. Во всех актах, касающихся взаимоотношений труда и капитала, говорилось о сочетании государственных интересов с частными, о достижении обоюдной выгоды труда и капитала и исключались забастовки как метод разрешения трудовых конфликтов.

Хозяйственные отношения в промышленности и торговле в восстановительный период регулировались главным образом множеством ведомственных инструкций и положений. Однако тогда же были изданы основополагающие акты, направленные на централизацию управления экономикой, которыми явились принятые  в марте 1950 г. два постановления Административно совета: о централизации финансово-экономической работы и об осуществлении мероприятий по централизации государственной торговли в стране. Постановление о централизации финансово-экономической работы предусматривало централизованное распоряжение финансовыми поступлениями и расходами, ранее находившимися в ведении местных властей, устанавливало строгую финансовую систему, в результате чего была приостановлена инфляция.

В декабре того же года Административным советом принимается Временное положение о частных предприятиях, создававшее определенную правовую базу для предпринимательской деятельности национальной буржуазии. В нем регулировался порядок создания, регистрации и деятельности частных предприятий, закреплялись их формы (простые товарищества, товарищества с ограниченной ответственностью, акционерные компании и т.п.), права и обязанности их участников и другие вопросы. Несмотря на командно-разверсточную систему в китайской экономике, в праве КНР в 50-е гг. прослеживались тенденции к формированию нескольких видов и даже групп хозяйственных договоров, регулировавшихся ведомственными инструкциями.

В самом начале 50-х гг. было принято несколько важных  общекитайских нормативных актов по уголовному праву. Первый из них, принятый Административным советом в феврале 1950 г., — Циркулярный приказ о строгом запрещении опиума и других наркотиков. Позднее в том же году Административный совет совместно с Верховным народным судом издал Директиву о подавлении контрреволюционной деятельности, а в 1951 г. ЦНПС — подробное Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность. В том же году Административным советом принимаются Временное положение о наказаниях за подрыв государственной денежной системы и Временное положение об охране государственной тайны. Вслед за этим в    1952 г. ЦНПС принимается Положение о наказаниях за коррупцию.

Законодатель КНР в уголовном праве шел по пути издания нормативных актов об уголовной ответственности по группам однородных преступлений. Помимо перечисленных специальных актов вопросы уголовного права в первые годы существования КНР решались и в законодательных актах, относящихся к другим отраслям права, например, уголовную ответственность устанавливал Закон о браке.

Издававшиеся в восстановительный период законы далеко не всегда были совершеннее своих предшественников в освобожденных районах.

Уже незадолго до принятия первой Конституции КНР в августе 1954 г. появился первый общегосударственный акт, регулирующий вопросы исправительно-трудового права. Административным советом было принято Положение о трудовом перевоспитании. В этом положении определялись виды исправительно-трудовых учреждений, регулировалась их воспитательная и производственная деятельность, определялся порядок содержания заключенных. Одновременно с Положением были приняты Временные правила о порядке освобождения заключенных исправительно-трудовых учреждений после отбытия ими срока наказания и об их трудоустройстве. Эти правила существенно ограничивали возможность ухода заключенного, отбывшего срок наказания, из места расположения исправительно-трудового учреждения. Органы общественной безопасности могли самостоятельно решать вопросы об оставлении заключенных в местах отбытия наказания “для трудоустройства”.

Послеконституционное правотворчество 50-х гг. Правовой нигилизм в период “большого скачка” и “культурной революции”. Принятие Конституции КНР 1954 г. и конституционных органических законов вызвало к жизни большой поток нормативных актов, приводивших правовую систему страны в соответствие с конституционными положениями, что в большинстве случаев осуществлялось на уровне административных актов Государственного совета. Например, актом 1955 г. была осуществлена реорганизация не предусмотренных Конституцией местных объединенных демократических правительств различных национальностей, в 1957 г. упразднены специальные суды на железнодорожном и водном транспорте, в феврале 1956 г. был принят целый ряд нормативных актов, связанных с преобразованием частных торговых и промышленных предприятий и предприятий кустарной промышленности.

В середине 50-х гг. была несколько смягчена карательная политика в отношении противников режима. “Постановление о великодушном разрешении дел и о трудоустройстве остатков контрреволюционных элементов в городах”, принятое в 1956 г. ПК ВСНП, установило, например, что надзор за контрреволюционными элементами мог осуществляться лишь на основании решения суда. В 1957 г. постановлением сессии ВСНП был закреплен принцип, согласно которому все приговоры к смертной казни подлежали утверждению Верховного народного суда.

В эти годы был принят также и ряд важных актов по трудовому праву. Среди них, прежде всего, отметим Постановление Госсовета КНР о реорганизации заработной платы (1956 г.), согласно которому в основу организации оплаты труда рабочих была положена тарифная система, позволяющая производить оплату труда рабочих в зависимости от их квалификации, условий и общественной значимости труда. Госсоветом были приняты также акты, регулирующие отпуска, пенсионное обеспечение, порядок увольнения рабочих и служащих и другие вопросы трудового права. В целом объем правотворческой деятельности высших государственных органов был довольно значителен. При этом, однако, не было принято ни одного кодекса. Следовательно, не было и сколько-нибудь целостной системы права и сам процесс создания правовых основ государства был далек от завершения.

Нигилистические тенденции по отношению к праву и законности, в том числе и к правовым основам государства, впервые открыто проявились во время кампании борьбы против “правых буржуазных элементов” в 1957 г. Этой кампании предшествовала “необыкновенная весна” 1957 г., когда были выдвинуты призывы к “безбоязненному” развертыванию критики ошибок и недостатков в работе партийно-государственного аппарата. На работников суда и прокуратуры кары сыпались за отстаивание конституционных положений о независимости судей, об осуществлении правосудия только судами, о независимости осуществления прокурорских функций и т. д. Требования усиления законности в деятельности государственных учреждений стали рассматриваться как проявления “буржуазного правового мировоззрения”, попытки “связать диктатуру по рукам и ногам”. Даже предложения о принятии гражданского и уголовного кодексов стали характеризоваться как “подрыв демократической диктатуры народа”. Вместо законов судебным работникам предлагалось использовать в качестве критериев разрешения дел различные установки из выступлений Мао Цзэдуна.

Проект уголовного кодекса КНР, рекомендованный в 1957 г. сессией ВСНП, для опытного применения никогда не публиковался и был, по сути дела, закрытой инструкцией для судебных работников, которой определялся и порядок рассмотрения дел в суде. Существовало и много других нормативных предписаний, распространявшихся в закрытом порядке по различным учреждениям. Постепенно такой порядок стал нормой государственной жизни. Число публикуемых актов сначала сократилось, затем нормативные акты перестали публиковаться совсем.

Проявления правового нигилизма усилились в период “большого скачка”. Право стало рассматриваться исключительно как орудие подавления, необходимое лишь “для борьбы с врагами народа”.

Сама “культурная революция” вылилась в вакханалию произвола и беззакония, санкционированную властями. Согласно принятому ЦК КПК решению от 8 августа “революционные учащиеся” (т. е. хунвэйбины) заранее освобождались от ответственности за совершение “в ходе движения” преступления. Это открыло путь стихии грубого насилия. Отряды хунвэйбинов арестовывали граждан, водворяли их в официальные и самодеятельные тюрьмы, выносили приговоры и приводили их в исполнение. В годы “культурной революции” закрепилась практика расправ на “судах масс” с участием десятков тысяч зрителей, мобилизованных для заслушивания и “одобрения” заранее вынесенных приговоров. Для подобных судилищ было характерно выставление подставных свидетелей, составление обвинительных заключений на основе ложных доносов или показаний обвиняемых, полученных под пыткой, унижение человеческого достоинства подсудимых перед вынесением и исполнением приговора, глумление над трупами казненных.

В социально-экономической сфере в период “культурной революции” проводилась политика превращения страны в большую военизированную коммуну, осуществления системы уравнительного снабжения едой и предметами первой необходимости.

Впоследствии “культурная революция” была официально охарактеризована как “действительно потрясающее, чудовищное бедствие для нашего многонационального народа”.

Восстановление и развитие правовой системы КНР (конец 70-х—   90-е гг.). Восстановление правовой системы КНР после “культурной революции” связано прежде всего с введением в действие Конституции КНР 1978 г., ставшей первоначальной правовой базой этого процесса. В том же году на Всекитайском совещании по вопросам законодательного строительства была обнародована правовая программа, в которой в качестве приоритетных направлений было определено принятие нормативных актов в хозяйственной и природоохранной сферах, в охране общественного порядка и организации государственных органов.

Первые после пятнадцатилетнего перерыва нормативные акты были опубликованы в начале 1979 г. Ими были Положение об арестах и задержаниях и введенный в экспериментальном порядке Закон КНР о лесном хозяйстве (Лесной кодекс КНР). Положение вводило отброшенные “культурной революцией” правовые нормы об органах, имеющих право производить аресты и задержания, о различных гарантиях прав в связи с действиями этих органов. Не случайным было и появление в числе первых актов Закона о лесном хозяйстве. Бессистемная вырубка лесов в ряде районов страны отрицательно повлияла на климатические условия и сельскохозяйственное производство.

На состоявшейся в 1979 г. сессии ВСНП были приняты Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, законы об организации местных органов власти и управления, народных судов и народных прокуратур, а также Закон о совместных предприятиях с китайским и иностранным капиталом. Этот закон положил начало целой серии законодательных и иных нормативных актов, направленных на создание в стране благоприятного иностранным вкладчикам инвестиционного климата.

В дальнейшем хозяйственное законодательство, закрепляющее курс III пленума ЦК КПК 1978 г. на модернизацию страны, стало самым многочисленным (70\% действующих актов). Вместе с ним получили первоочередное развитие акты, направленные на создание эффективных мер борьбы с преступностью.

Последовавший за принятием Конституции КНР 1982 г. период характеризовался довольно бурным, но в то же время и достаточно осмотрительным правовым строительством — многие нормативные акты принимаются в качестве временных положений, широко практикуется издание актов, проходящих экспериментальную проверку на практике. В 1986 г. были введены в действие Общие положения гражданского права, в которых собраны преимущественно те институты и нормы гражданского права, которые не будут требовать значительной корректировки по мере продолжения экономических преобразований. Иначе говоря, содержание Общих положений оказалось близко к функциям традиционно понимаемой Общей части Гражданского кодекса. По отдельным гражданско-правовым институтам китайский законодатель предпочитает принимать отдельные законы, в которых возникает потребность и для которых созрели условия. Были изданы также законы о хозяйственном договоре (1981 г.), о товарных знаках (1982 г.), о патентах (1984 г.), о внешнеэкономическом договоре (1989 г.), о наследовании (1985 г.), об авторском праве (1990 г.), о компаниях (1993 г.), о векселях (1995 г.) и пр., а также многочисленные подзаконные акты, именуемые положениями о порядке применения того или иного закона.

Гражданский процессуальный кодекс (ГДК) КНР был сначала принят ПК ВСНП для применения в опытном порядке (1982 г.). В качестве экспериментального закона он действовал 9 лет. По мере развития регулируемой рыночной экономики потребовалось внести изменения в положения, регулирующие процессуальную сторону рассмотрения гражданских дел в судах. ГПК в новой редакции и в постоянном варианте был принят сессией ВСНП 9 апреля 1991 г. Кодексом, в частности, была уточнена процедура рассмотрения гражданских дел, касающихся иностранных граждан, апатридов, иностранных предприятий и организаций.

Административно-процессуальный кодекс КНР также был принят в    1989 г. в отсутствие административного кодекса. До введения в действие Кодекса был принят ряд законов и постановлений, установивших основания для административного производства по обращениям граждан и организаций. Новейшим актом, играющим в настоящее время роль важной составной части административного права КНР, является Закон 1996 г. о наказаниях за административные правонарушения.

Трудовой кодекс КНР был принят только в 1994 г. (введен в действие с 1 января 1995 г.). Он кодифицировал ранее принятые акты в области трудового права и вместе с тем ввел новые правовые нормы, порожденные нынешним социально-экономическим развитием Китая. Состоящий из 13 глав Трудовой кодекс урегулировал вопросы заключения трудовых и коллективных договоров, рабочего времени и времени отдыха, заработной платы, безопасности и гигиены труда, профессионального обучения и подготовки, социального страхования и обеспечения, порядка разрешения трудовых споров и другие. Еще раньше, в 1992 г., был принят новый Закон КНР о профсоюзах.

Начиная с 1979 г. в КНР введено в действие значительное количество нормативных актов в области охраны окружающей среды. Так, в 1979 г. были приняты экспериментальные Лесной кодекс КНР и Закон КНР об охране окружающей среды, который явился основой для формирования всей системы природоохранного законодательства страны. В 1989 г. он был заменен более совершенным постоянным актом с аналогичным названием.

Экспериментальный Лесной кодекс 1979 г. был пересмотрен и утвержден в качестве постоянного закона в 1984 г. Он является одним из самых разработанных природоохранных законов КНР, регулирующих охрану и рациональное использование лесных ресурсов и лесоразведение. В приложении к закону воспроизводятся статьи Уголовного кодекса, регламентирующие наказания за ущерб, причиненный лесам.

Были приняты также: Закон об охране окружающей среды морей и океанов (1982 г.), Закон о предотвращении загрязнения водной среды (1985 г.), Закон о предотвращении загрязнения атмосферы (1987 г.), Водный кодекс (1988 г.), Закон об охране диких животных (1988 г.) и др. Неуклонное наращивание в КНР нормативных актов, связанных с охраной окружающей среды, продолжалось и в последующие годы (в частности, был принят Закон о предотвращении шумового воздействия на окружающую среду 1996 г.).

Обновление законодательства коснулось и правоохранительной сферы. Госсоветом КНР было принято Положение о местах предварительного заключения (1990 г.), с введением которого прекратил свое действие соответствующий раздел Положения о трудовом перевоспитании 1954 г. В конце 1994 г. за этим Положением последовал Закон КНР о тюрьмах. Общее направление этих актов можно определить как гуманизацию содержания заключенных под стражей, а применительно ко второму акту — и общую гуманизацию системы исполнения наказаний (возможность смягчения наказания или досрочного условного освобождения по ходатайству тюремной администрации, исполнение наказания вне мест заключения и т. п.). Вместе с тем режим содержания заключенных продолжает оставаться достаточно строгим.

Новое законодательство не предусматривает исправительно-трудовых лагерей (отрядов) в качестве мест заключения, ограничив последние тюрьмами и воспитательными учреждениями для несовершеннолетних преступников. Тюрьмы возвращены в ведение Министерства юстиции. Законом не предусмотрено и норм, легализующих “трудоустройство” заключенных после отбытия ими наказания, как это было предусмотрено в Положении 1954 г.

К местам заключения законом не отнесены уже упоминавшиеся выше воспитательно-трудовые учреждения, являющиеся формой изоляции от общества правонарушителей, не подлежащих уголовной ответственности. Изоляция производится ныне в административном порядке и не является бессрочной (до “перевоспитания”), но может длиться максимум четыре года.

Одной из тенденций современного правового развития КНР является постепенная замена ранее принятых законов новыми редакциями, которые существенным образом меняют их содержание. Так, в 1996 г. был принят в новой редакции Уголовно-процессуальный кодекс КНР. Принятие Кодекса после многих лет произвола и беззаконий стало важным событием в жизни китайского общества. Новый Кодекс должен был учесть и рост правовой грамотности населения, и существенное расширение числа дипломированных юристов, он существенно усилил гарантии прав личности в суде. С вступлением УПК в силу прекратили действие Положение КНР об арестах и задержаниях, Постановление ПК ВСНП о порядке срочного вынесения судебных решений в отношении преступников, серьезно нарушающих общественный порядок, Постановление ПК ВСНП по вопросу о сроках разрешения уголовных дел.

Аналогичной была и судьба Уголовного кодекса КНР, впервые принятого одновременно с УПК в 1979 г. Действующая его редакция принята ВСНП в 1997 г. В 1989 г. Постановлением ПК ВСНП о дополнительных мерах наказания за коррупцию была впервые введена уголовная ответственность для юридических лиц. В 1995 г. такая же ответственность была введена Постановлением ПК ВСНП о санкциях за нарушение Закона о компаниях. Эти постановления, как и многие другие, были инкорпорированы в новую редакцию Кодекса. В этой связи в Кодексе резко возросло как общее количество статей (с 192 до 452), так и статей Особенной части (с 101 до 351). Из Кодекса исключено понятие контрреволюционного преступления, первая глава Особенной части УК озаглавлена “Преступления против государственной безопасности”. Значительно увеличилось число статей в главе об экономических преступлениях, которая называлась “Преступления против социалистического экономического порядка” и содержала всего 15 статей. Теперь глава называется “Преступления против порядка социалистической рыночной экономики” и содержит свыше 190 статей.

В отдельную (заключительную) главу Кодекса выделены воинские преступления, отдельные главы составляют такие преступления, как коррупция и взяточничество, преступления против интересов национальной безопасности. В целом Уголовный кодекс в редакции 1997 г. может быть охарактеризован как шаг вперед в уголовном праве КНР. Он сочетает задачи поддержания строгого порядка в государстве и обществе с гуманизацией права и правосудия. Принятие новых редакций УПК и УК КНР свидетельствует о том, что в стране продолжает наращиваться достаточно обширный пласт модернизированного законодательства по различным отраслям права. Однако обеспечение действия права в социально-экономической и политической жизни Китая — непростая задача. Она тесно связана со всем ходом развития страны, преодолением экономической и культурной отсталости, распространением образования, преодолением пережитков феодального прошлого.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 |