Имя материала: Экономическая история России

Автор: Тимошина Т.М.

Глава 8 россия на рубеже xix—xx веков

 

Основной чертой экономической жизни пореформенной России стало бурное развитие рыночного хозяйства. Хотя этот процесс зарождался еще в недрах крепостничества, именно реформы 1860—1870-х годов позволили перейти к новым социально-экономическим отношениям и утвердили их в качестве господствующей системы. Реформы Александра II дали возможность сломать феодальные отношения не только на селе, но и во всем народном хозяйстве, завершить промышленный переворот, сформировать новые социальные группы, характерные для рыночной экономики. Этот переходный процесс осложнялся наличием все еще отсталой политической системы — абсолютистского самодержавия и сословной структуры общества, что привело к противоречивым и болезненным событиям на рубеже веков.

 

Сельское хозяйство в пореформенный период

Остатки крепостничества, сохранившиеся после 1861 года, затрудняли развитие рыночных отношений в сельском хозяйстве. Огромные выкупные платежи тяжким бременем лежали на миллионах крестьян. К тому же взамен помещичьей власти в деревне укреплялся гнет общины, которая могла наложить штраф на трудолюбивых крестьян за работу в праздничные дни, приговорить крестьян к ссылке в Сибирь «за колдовство» и т.д. Многие крестьяне испытывали большие тяготы из-за того, что не могли свободно распоряжаться своим наделом (продать, завещать, заложить в Крестьянском банке), а также вести свое хозяйство так, как считали нужным. Во многих общинах проводились переделы земли, что исключало заинтересованность крестьян в повышении плодородия почвы (например, внесении удобрений на поля), поскольку через некоторое время участки необходимо было передавать другим. Зачастую в общинах устанавливался принудительный севооборот, крестьянам вменялось в обязанность одновременно начинать и заканчивать полевые работы. К началу ХХ века община пол-

 

 

ностью исчерпала свой экономический потенциал, стала превращаться в огромный тормоз развития сельского хозяйства. Достаточно сравнить эффективность труда русских и зарубежных крестьян. Урожайность пшеницы (в пудах) у датского фермера равнялась 197, германского — 134, американского — 66 , русского земледельца — 48.

Подъем земледелия шел медленно и с большими трудностями. И все же в 1880—1890-е годы рыночные отношения проникали в аграрный сектор. Это было заметно по нескольким признакам: происходила социальная дифференциация крестьянского населения, менялась суть помещичьего хозяйства, усиливалась ориентация специализированных хозяйств и регионов на рынок.

Земская статистика уже в 1880-е годы показывала значительное имущественное расслоение крестьян. Прежде всего складывался слой зажиточных крестьян, чьи хозяйства состояли из собственных наделов и наделов обедневших общинников. Из этого слоя выделялись кулаки, которые, используя наемных батраков, вели предпринимательское хозяйство, отправляли большой объем продукции на рынок и тем самым повышали степень товарности своего производства. Но эта группа крестьян была все еще невелика.

Бедная часть крестьянства, имея свое хозяйство, зачастую соединяла земледелие с различными промыслами. Из этого слоя выделялась группа «раскрестьянившихся» дворов, которые постепенно теряли свою хозяйственную самостоятельность, уходя в город или нанимаясь в батраки. Кстати, именно эта группа создавала рынок труда как для кулаков, так и для промышленников. Вместе с тем эта часть крестьян, получая за свой труд оплату, стала также предъявлять определенный спрос на потребительские товары.

Формирование слоя зажиточных крестьян обусловливало создание устойчивого спроса на сельскохозяйственные машины, удобрения, семена и породистый скот, что также влияло на рыночное хозяйство страны, поскольку увеличение спроса вело к развитию различных отраслей.

Заметные изменения происходили и в помещичьих хозяйствах, которые постепенно осуществляли переход от патриархальных форм к рыночным отношениям. В 1870— 1880-х годах еще сохранялись отработки бывших крепостных крестьян в счет выкупа собственных наделов. Эти крестьяне обрабатывали помещичьи земли своими орудиями за право арендовать пахотные и иные угодья, однако они уже выступали как юридически свободные люди, с которыми надо было вступать в отношения, основанные на законах рынка.

Помещики уже не могли как раньше заставить крестьян работать на своих полях. Зажиточные крестьяне стремились быстрее выкупить собственные наделы, чтобы не отрабатывать отрезки, возникшие после 1861 года. «Раскрестьянившиеся» и вовсе не хотели отрабатывать выкуп, поскольку их не держали в деревне ничтожные земельные участки и им было выгоднее уйти в город или наняться в крепкие кулацкие хозяйства за более высокую плату, без всякой кабалы.

Для того чтобы превратить имения в прибыльные хозяйства, помещикам нужны были новые машины, семена, удобрения, новые агротехнические приемы, а это все требовало значительных капиталов, квалифицированных управляющих. Но не все помещики смогли перестроиться на новые методы хозяйствования, поэтому многие из них вынуждены были закладывать и перезакладывать свои имения в кредитных учреждениях, а то и просто их продавать. Все чаще их покупателями становились бывшие крепостные, а теперь разбогатевшие крестьяне.

В пореформенном сельском хозяйстве все более явно проступал его товарный характер. При этом в рыночный оборот включалась не только сельскохозяйственная продукция, но и земельные угодья, свободная рабочая сила. Более четко оформилась ранее только намечавшаяся региональная специализация по производству товарного зерна, льна, сахарной свеклы, масличных культур, продукции животноводства, что также способствовало рыночному обмену между регионами.

Помимо традиционных организационных форм, в южных русских степях и на Украине стали возникать крупные имения — экономии. Они насчитывали по несколько тысяч десятин земли и были уже ориентированы на рынок, прежде всего зарубежный. Хозяйства эконо-мий были основаны на хорошей технической базе и наемном труде. Благодаря таким изменениям уровень сельскохозяйственного производства в России заметно повысился. В 1860—1890-х годах сборы зерна увеличились в 1,7 раза, картофеля — в 2,5 раза, производство свекловичного сахара — в 20 раз.

Но несмотря на такие достижения, к концу XIX века аграрный вопрос в России оставался очень острым, поскольку реформа 1861 года не была доведена до логичного завершения. Резко возросло крестьянское малоземелье, так как численность сельского населения за 1861— 1899 годы увеличилась с 24 млн до 44 млн душ мужского пола, а размеры надельного землепользования на душу мужского пола сократились в среднем с 5 до 2,7 десятины. Приходилось арендовать земли на кабальных условиях или покупать за высокую цену.

Наряду с хроническим малоземельем крестьяне испытывали огромный налоговый гнет. В пореформенную эпоху крестьяне выплачивали в виде налогов и выкупных платежей примерно 89 млн золотых руб. ежегодно. Из общей суммы налогов, поступавших в казну от сельского населения, 94\% взималось с крестьянских хозяйств, и лишь 6\% — с помещичьих.

Усилению социальной дифференциации на селе способствовал мировой аграрный кризис последних десятилетий XIX века*. Всего за 1896—1900 годы в европейской части страны резко увеличилось количество безлошадных и однолошадных хозяйств — с 5,6 до 6,6 млн из общего количества 11,1 млн крестьянских дворов.

Сельское хозяйство было отсталым и в техническом, и в агрономическом отношении, что влияло как на общее экономическое положение страны, так и на социальную напряженность, поскольку сельское население достигало 85\% от его общей численности. Низкая урожайность порождала периодическую нехватку продовольствия в стране. Крайне тяжелое положение крестьян усугубилось несколькими неурожайными годами подряд, что привело к катастрофическому голоду 1891 года, охватившему более 40 млн человек.

Основные партии и объединения начала XX века призывали решительно покончить с малоземельем путем насильственного отчуждения помещичьих земель за выкуп (конституционно-демократическая партия, или кадеты) или без всякого выкупа (партия социалистов-революционеров, или эсеры). Все это возбуждало у крестьянства настроения «черного передела» по принципу уравнительности, чтобы как можно скорее решить аграрный вопрос.

 

Становление и развитие рыночной экономики России в 1880—1890-х годах

* Мировой аграрный кризис 1870—1890-х годов был вызван в основном массовым поступлением на мировые рынки дешевого американского зерна, издержки производства которого были гораздо ниже, чем в европейских странах. Это привело к падению мировых цен на хлеб, что, в свою очередь, сделало убыточным производство на продажу риса, овса, пшеницы и других культур как в Европе, так и в России.

В 1880-е годы XIX века в основном завершился промышленный переворот. В ведущих отраслях народного хозяйства стали преобладать паровые машины и разнообразная техника — механические станки, оборудование, механизмы, прежде всего в обрабатывающей промышленности. Так, с 1875 по 1892 годы количество паровых двигателей в России увеличилось вдвое, а их мощность — в три раза. За последние десятилетия XIX века появились и начали быстро развиваться новые отрасли: угольная, нефтедобыча и нефтепереработка, машиностроение, химическое производство и др.

К традиционным промышленным районам в Центре, на Урале и в Прибалтике прибавились новые: угольно-металлургический в Донбассе и Криворожье. Выросли крупные промышленные центры: Юзовка (ныне Донецк), Горловка, Нарва, Орехово-Зуево, Ижевск и др. За 1860—1895 годы выплавка чугуна выросла в 4,5 раза, добыча угля — в 30 раз. Производство чугуна переместилось с Урала на юг России. Появились крупные машино-(лроительные заводы по производству паровозов (Коломна), пароходов (Сормово), сельскохозяйственной техники (Харьков, Одесса, Бердянск).

В 1890-е годы количество выпущенных паровозов увеличилось в два раза по сравнению с 1870-ми годами, что позволило полностью отказаться от их ввоза из-за границы. За 30 послереформенных лет были построены такие крупные машиностроительные предприятия, как механический завод Нобеля, Обуховский сталелитейный и пушечный в Петербурге, механический в Перми и т.д.

На юге страны были построены передовые по техническому оснащению металлургические заводы. В 1872 году вступила в строй первая доменная печь в Юзовке (на заводе английского промышленника Дж. Юза), через два года — на Сулинском металлургическом заводе. Несколько лет спустя Юзовский и Сулинский заводы перешли на богатую руду из Кривого Рога, что привело к быстрому подъему черной металлургии в этом регионе.

Вскоре к ним присоединился металлургический район с центром в Екатеринославе (ныне Днепропетровске). Молодая южная металлургия, выросшая на вольной, а не на крепостной рабочей силе, превратилась в основную индустриальную базу страны. К началу 1890-х годов здесь производилось более 20\% всего российского чугуна, а к концу века — 62\%. Свыше 65\% общероссийского объема угля добывалось в Донбассе. Каменный уголь стал важнейшим энергоносителем для всей промышленности и транспорта.

Среди новых отраслей наиболее быстро развивалась нефтедобыча и нефтепереработка, прежде всего в районе Баку. Первоначально там существовала система откупов нефтяных колодцев на определенный срок. С 1872 года нефтяные районы стали сдаваться в долгосрочную аренду с торгов. В это же время стала внедряться новая техника — бурение скважин и выкачивание нефти при помощи паровых двигателей. Все это позволило увеличить добычу нефти за 1870—1890-е годы с 1,7 млн до 243 млн пудов, т.е. в 140 раз. К концу XIX века нефтедобыча возросла до 633 млн пудов, что позволило России выйти на первое место в мире по этому показателю. Из нефтепродуктов большим спросом стал пользоваться керосин для бытового потребления. Мазут и бензин в промышленности и на транспорте использовался пока в незначительном количестве.

Особенностью этого периода было бурное развитие рассеянной мануфактуры, когда часть обрабатывающей промышленности «переселялась» в деревню, где имелись дешевые рабочие руки. Крестьяне, еще прикрепленные к общинным наделам, широко участвовали в различных промыслах, из которых позже создавались крупные промышленные предприятия. Таким образом в Центральной России возникли многочисленные фабрично-заводские поселки — Орехово-Зуево, Павловский Посад, Гусь Хрустальный и др., в которых в конце XIX века проживало до 50\% промышленных рабочих. Наряду с крупными промышленными центрами в глубине России развивались новые виды мелкой промышленности, которые были связаны с большими фабриками разделением труда.

Заметные изменения происходили и на рынке труда. Если в дореформенной России работники промышленных предприятий чаще всего были оброчными крепостными крестьянами или крепостными работниками посессионных и вотчинных мануфактур, то в 1860—1870-е годы они становились свободными людьми, не связанными с общиной, навсегда переехавшими в города вместе с семьей.

Они заметно отличались от прежних рабочих более высоким уровнем грамотности, поскольку работа на промышленных предприятиях требовала от них умения обслуживать различные машины и технику. Квалифицированные кадры особенно были нужны на крупных заводах и на железнодорожном транспорте. Их численность за 1865—1890 годы выросла с 706 тыс. до 1432 тыс. человек. Всего же в конце XIX века в России насчитывалось около 10 млн лиц наемного труда, из них 3,5 млн наемных сельскохозяйственных работников, 1 млн — занятых в строительстве, 2 млн — «чернорабочих», 2 млн — занятых надомной работой.

В последние три десятилетия происходил бурный рост городского населения. Так, по материалам первой переписи городов 1863 года, оно составляло 6 млн человек, а в 1897 году, когда проходила первая всероссийская перепись населения, 17 млн человек, т.е. увеличилось в 2,8 раза, тогда как все население страны увеличилось в 1,5 раза. Доля городского населения к концу века составила 13,5\%. Правда, здесь надо отметить, что более 300 крупных фабрично-заводских поселков с населением свыше 20 тыс. жителей каждый (Юзовка, Ижевск) официально городами не числились, поэтому их жители не считались горожанами.

Особенно быстрыми темпами росло городское население за счет крестьян в 1890-х годах, когда в основном завершились отработки временнообязанных крестьян, и они могли свободно уйти в города на заработки. Так, если в начале 1860-х годов по паспортам уходило примерно 1,3 млн человек в год, то в 1890-х годах — свыше 7 млн человек.

По официальной статистике конца века, городское население состояло из следующих групп: крупная буржуазия, помещики и высшие чиновники — 11\%, мелкие ремесленники и лавочники — 24\%, «люд рабочий» — 52\%.

Наиболее высокими темпами возрастало население самых крупных городов — Киева, Риги, Одессы, Варшавы — центров торговли и промышленности, поскольку там можно было найти работу, открыть свое дело. В 1897 году в Петербурге насчитывалось 1,2 млн жителей, в Москве — более 1 млн. Заметно менялся внешний облик городов, в которых появлялись многоэтажные дома, трамваи, улицы стали освещаться электрическими фонарями.

Большую роль в пореформенной экономике начинал играть железнодорожный транспорт, который становился важным элементом всей инфраструктуры. Железные дороги связывали Центральную Россию и ее окраины в единый хозяйственный механизм, способствовали формированию рыночной экономики, усиливали подвижность населения. В течение второй половины XIX века Россия строила железные дороги гораздо быстрее, чем многие западноевропейские страны. За 1861—1891 годы их протяженность возросла с 1,5 тыс. до 28 тыс. верст. В 1865—1875 годы ежегодно в стране строилось по 1,5 тыс. верст. К 1899 году железные дороги насчитывали уже 58 тыс. верст.

Железные дороги должны были прочно связать центр страны с крупными зерновыми районами. Этому служили такие линии, как Москва — Курск, Москва — Воронеж, Москва — Нижний Новгород. Новые линии прокладывались в морские порты на Балтийском и Черном море — в Одессу, Ригу, Либаву (Лиепаю), откуда зерно и другая сельскохозяйственная продукция вывозились за границу. С конца 1870-х годов началась постройка дорог промышленного значения. Магистрали прокладывались в промышленные районы: в Донбасс, Криворожье, на Урал. Закавказская дорога Баку — Тифлис — Батуми обеспечивала перевозку нефти в черноморский порт. В 1897-1907 годах в России был построен первый магистральный нефтепровод из Баку в Батуми. Доведенная до Самарканда Закаспийская железная дорога стимулировала активное развитие среднеазиатской хлопководческой сырьевой базы.

Промышленный подъем 1890-х годов ознаменовался бурным ростом железных дорог. За десять лет было построено более 21 тыс. верст железнодорожных путей, или треть всех дорог России. По протяженности железных дорог Россия вышла на второе место в мире после США. Постепенно железные дороги соединялись между собой в крупных узлах, создавая единую железнодорожную систему в Европейской части страны. Однако железнодорожная сеть в пересчете на 1 тыс. кв. км территории была очень незначительной по сравнению с передовыми странами. Так, в России в 1895 году этот показатель был ниже, чем в Германии, почти в 53 раза, а в Англии — в 66 раз.

Железнодорожному строительству сильно противодействовали владельцы ямских станций и речных судов, всячески старавшиеся не допустить развития новых средств передвижения. Они подкупали чиновников, лишь бы железные дороги обошли стороной их города. В результате множество старинных городов в Центральной России оказались в тот период вне зоны железнодорожного строительства, что негативно сказалось на их дальнейшем развитии.

* Вообще, в России было весьма значительное по своим размерам государственное хозяйство. В конце XIX века государству принадлежало свыше 60\% всего лесного фонда, огромные земельные угодья в Сибири и Средней Азии, предприятия горнодобывающей промышленности на Урале, Алтае, в Сибири. К началу XX века крупнейшими собственниками являлись члены царской семьи, которые имели большое количество предприятий по переработке сельскохозяйственного сырья. Они входили в число акционеров различных банков, пароходного треста «Ропит», судостроительной компании «Руссуд» и др.

Первоначально железные дороги строились в основном на частные средства с широким привлечением иностранного капитала. Постепенно сюда вкладывалось все больше государственных средств, тем самым частные капиталы соединялись с государственным*. И все же частный капитал боялся рисковать в новом для себя деле, да и прибыли в этой отрасли пока были не очень высокими. Поэтому, начиная с середины 1860-х годов, государство стало выделять частным компаниям под казенные заказы на сооружение железных дорог огромные суммы, которые нередко превращались в безвозмездные субсидии, использовались не по назначению, с большими финансовыми нарушениями. В денежных злоупотреблениях были замешаны такие чиновники и предприниматели как А.А. Абаза, К.Ф. фон Мекк, П.Г. фон Дервиз, заработавшие на государственных заказах миллионные состояния. Среди железнодорожных «королей» также были: С.Д. Башмаков, С.С. Поляков, П.И. Губонин, В.А. Кокорин и др. В середине 1880-х годов министерство финансов потребовало изъять объекты железнодорожного строительства у частных компаний, а новые — строить за счет казны. Бурное развитие железных дорог находилось под защитой государства, что влекло за собой сильное государственное вмешательство в экономику в целом.

Железные дороги, предъявляя огромный спрос на металл, уголь, лес, нефть и др., послужили мощным стимулом для развития различных отраслей промышленности. Так, в 1890-е годы железные дороги потребляли до 36\% добываемого в стране угля, 40\% нефти, 40\% металла. Для железных дорог требовались квалифицированные рабочие кадры: машинисты, работники депо и путевого хозяйства. К концу XIX века более 70\% общего объема грузов перевозилось железными дорогами.

Наряду с железнодорожным большое развитие получил и водный транспорт. Если в 1860 году в России было около 400 речных пароходов, то в 1890-х годах — свыше 1,5 тыс. Россия, практически не имевшая в середине XIX века своего морского флота и использовавшая для перевозок зарубежные корабли, за последние десятилетия века увеличила их количество с 50 до 520.

Заметно изменился внутренний рынок. Пореформенные годы отмечены быстрым ростом внутреннего товарооборота: за 1873— 1900 годы с 2,4 млрд почти до 12 млрд руб. По мере общего развития крупной промышленности и железнодорожного транспорта менялись и формы торговли. В крупных городах создавались торговые фирмы с разветвленной сетью стационарных магазинов, складов. Сформировались товарные биржи с огромным торговым оборотом. Как правило, биржи функционировали по специализированному признаку: продажа леса, хлеба, строительных материалов и пр.

Ярмарочная торговля постепенно утратила свое значение, и сезонные ярмарки сохранялись лишь в менее развитых регионах. Сокращению роли ярмарок в большей мере способствовало расширение биржевой торговли и создание сети железных дорог. Примером таких отрицательных последствий служит судьба Ирбитской ярмарки на Урале. Так получилось, что в 1885 году железная дорога Екатеринбург-Тюмень прошла в 100 км от Ир-бита. В результате резко снизились объемы ярмарочной торговли, а затем она совсем сошла на нет.

Еще в 1820-е годы зародилась практика проведения промышленных выставок. В 1829 году в Петербурге была открыта I Всероссийская мануфактурная выставка, в работе которой участвовали сотни российских предпринимателей с самой разнообразной продукцией. И вплоть до революции подобные выставки проходили раз в четыре года попеременно в разных городах страны. Во второй половине XIX века Россия являлась непременным участником всемирных выставок, где текстиль, парча, продукция машиностроения, продовольственные товары, ювелирные изделия, продукция фарфоровых и стекольных заводов, изделия художественных промыслов неизменно получали высокие награды.

Усиление товарного характера сельского хозяйства привело к быстрому росту хлебного рынка, который увеличился за 30 пореформенных лет более чем в два раза. Из общего количества продаваемого хлеба примерно 60\% потреблялось внутри страны, а 40\% — вывозилось за границу. Еще быстрее развивался рынок промышленных товаров как производительного, так и личного потребления. В стране сформировался устойчивый спрос на машины, орудия сельскохозяйственного труда, продукты нефтепереработки и, прежде всего, керосин, ткани, обувь промышленного изготовления. Крупным потребителем становилось не только городское, но и сельское население.

Во вторую половину XIX века значительно возросли объемы внешнеторгового оборота, страна быстро входила в мировой рынок. Совокупный объем экспортно-импортных операций за 1861—1900 годы увеличился в три раза — с 430 млн до 1300 млн руб., причем стоимость вывозимых товаров на 20\% превышала стоимость ввозимых. В структуре экспорта конца века 47\% занимал хлеб. За пореформенные годы вывоз хлеба увеличился в 5,5 раза. В конце века на внешний рынок ежегодно поступало до 500 млн пудов зерновых. Среди других экспортируемых товаров были лен, лес, пушнина, сахар. В эти же годы значительно вырос экспорт сырой нефти и керосина.

Основными статьями импорта были машины, оборудование для промышленности и сельского хозяйства. Немалую долю импорта составляли металлы, хотя собственная российская металлургия постоянно развивалась. К концу века снизились закупки хлопка-сырца в связи с развитием хлопкосеющих районов в Средней Азии. В числе импортируемых были чай, кофе, какао-бобы, пряности. По-прежнему подавляющая часть внешнеторгового оборота — 75—80\% — приходилась на европейские страны — Англию, Германию, а остальные 20—25\% — на азиатские страны и США.

В конце 1860 — начале 1870-х годов в России разгорелась настоящая «учредительская горячка». В эти же годы подобный процесс происходил почти во всех развитых странах Европы, в США и Японии и имел название «грюндерство», т.е. массовое учредительство акционерных обществ, банков, страховых компаний, сопровождаемое выпуском ценных бумаг, биржевыми спекуляциями и пр.

Бурное развитие промышленности и железнодорожного строительства требовало крупных капиталов, превышающих возможности отдельных предпринимателей, поэтому в эти же годы достаточно быстро развивалось акционерное дело. Если до реформы в стране насчитывалось всего 78 акционерных компаний с общим капиталом в 72 млн руб., то в 1860—1870-е годы было создано 357 акционерных компаний с капиталом в 1116 млн руб. Правда, многие из этих компаний, возникших на волне биржевого ажиотажа, оказались «дутыми» и лопнули.

Процесс концентрации крупных российских капиталов, как и в других странах, начался преимущественно в сфере железнодорожного строительства. Из всех совокупных инвестиций в промышленность было вложено лишь 14\%, тогда как в железнодорожный транспорт — более 60\%, что сыграло существенную роль в бурном росте отрасли.

В условиях промышленного подъема 1890-х годов происходила вторая волна «учредительской горячки». Так, в 1893—1900-х годах количество акционерных обществ возросло с 648 до 1369. Но в отличие от первого этапа акционерный капитал стал направляться в основном в промышленное производство. Если в 1870—1880 годы акционерные общества возникали прежде всего в легкой промышленности, то в 1890-е годы — в тяжелой, причем их капиталы направлялись на строительство новых предприятий в недавно освоенных регионах (Донбасс, район Баку).

Определенным тормозом для развития рыночных отношений была неразвитость кредитной системы, отсутствие коммерческих банков. Государственный банк, созданный в 1860 году, выдавал в основном ипотечные ссуды крупным землевладельцам под залог земли, т.е. кредиты почти не были связаны с производственной сферой. «Учредительская горячка» охватила и банковское дело. В 1864—1873 годах было учреждено около 40 акционерных банков, среди них: Частный коммерческий банк (1864) в Петербурге, Московский купеческий банк (1866). Причем с самого начала они имели большую долю в совокупных ресурсах страны: пять крупнейших банков уже в 1875—1881 годы охватывали около половины, а 12 банков — до 75\% всех банковских ресурсов России. В те же годы самым крупным из них был Волжско-Камский банк. Своеобразием кредитной системы этого периода было наличие банков земельного кредита, в том числе государственного Дворянского земельного банка (1885), которые по-прежнему отвлекали денежные ссуды от их производительного использования в аграрном секторе.

Формирование рыночной экономики России имело свои специфические особенности. Россия, как и Германия, позже других европейских стран вступила на этот путь, т.е. была в роли догоняющей страны, что позволило ей во многом использовать их капиталы, их положительный опыт в науке, технике, в организации производства.

В 1880-х годах появились первые русские объединения монополистического типа в промышленности и первое объединение двух петербургских акционерных банков — Международного и Русского банка внешней торговли (1881). Однако самое первое монополистическое объединение в России возникло не в промышленности, а в страховом деле: в 1875 году восемь страховых компаний подписали Конвенцию общего тарифа, после чего стали бороться с теми компаниями, которые остались вне конвенции, чтобы диктовать им свои условия.

Первое промышленное объединение было основано в 1882 году, когда пять заводов по производству стальных рельсов образовали Союз рельсовых фабрикантов сроком на пять лет. Этот союз имел признаки простейшего синдиката и контролировал почти все заказы на изготовление рельсов для железных дорог. За ним последовало объединение заводов по изготовлению креплений к железнодорожным рельсам (1884), по строительству железнодорожных мостов (1887), по производству различного железнодорожного оборудования (1889). Из этого перечня объединений видно, что железнодорожное строительство было одной из самых мощных и передовых отраслей народного хозяйства. Тем более, что в этом секторе экономики почти все заводы были новыми, их было немного, что облегчало сговор предпринимателей о количестве производимой продукции и разделе рынка, о ценах и условиях реализации.

При создании первых объединений в России важную роль сыграл иностранный капитал. Так, в основе картеля железопрокатных, проволочных и гвоздильных заводов (1886) лежал германский капитал. В 1888 году было заключено картельное соглашение о ценах и разделе рынка между железопрокатным, проволочным и Путиловским металлическим заводами. В нефтяной промышленности был образован синдикат с участием предприятий братьев Нобель и компании Ротшильда, а позже, в 1897 году, обе эти фирмы стали участниками международного нефтяного соглашения.

Специфика возникновения первой корпорации в сахарной промышленности (1887) выражалась в том, что большинство объединившихся владельцев сахарных заводов состояло из крупных помещиков. Через десять лет было создано Общество сахарозаводчиков, которое контролировало практически все производство сахара в стране и пользовалось открытой поддержкой правительства. В него входило 206 из 226 существующих заводов.

В 1895 году был принят закон, по которому министерство финансов совместно с сахарозаводчиками определяло заранее на год вперед норму потребления сахара в стране: по 10,5 фунтов в год (в Англии в это время душевое потребление составляло 92 фунта в год). Сахар, произведенный в России сверх этой нормы, следовало вывозить за границу и продавать там по демпинговым ценам, т.е. ниже цен внутреннего рынка. И если в России цена пуда сахара-рафинада равнялась 6 руб. 15 коп., то в Лондоне он продавался по цене 2 руб. 38 коп. за пуд. В результате такой политики сахарная промышленность была одной из самых прибыльных отраслей. За 1890—1900 годы вывоз сахара из России увеличился в четыре раза: с 3,3 млн до 12,5 млн пудов.

 

Социально-экономическая политика на рубеже веков. Российский реформатор С.Ю. Витте

Последний русский император Николай II при вступлении на престол заявил о преемственности курса своего отца, Александра III, а представителям либеральных кругов посоветовал «оставить бессмысленные мечтания». Трагедией обернулась коронация Николая II в мае 1896 года. НаХодынском поле в Москве площадью в 1 кв. км собралось около миллиона человек, чтобы участвовать в праздничном гулянье и получить подарки. Неожиданная паника привела к столпотворению, в котором пострадало более трех тысяч человек, из которых почти половина погибли. Ходынская катастрофа потрясла Москву, все ждали, что торжества будут отменены, но все продолжалось как ни в чем не бывало, а великий князь Сергей Александрович, генерал-губернатор Москвы, получил благодарность за «образцовую подготовку и проведение торжеств».

Не обладая твердым характером и государственным кругозором, Николай II часто попадал под влияние более сильных людей и мог легко изменить принятые ранее решения. Тем не менее в годы его правления среди государственных деятелей было несколько личностей реформаторского склада, которым удалось провести ряд значительных социально-экономических мероприятий и оставить заметный след в истории России. К числу таких деятелей можно отнести Сергея Юльевича Витте (1849—1915), талантливого финансиста, реформатора и организатора экономики.

Предки его были выходцами из Голландии. Витте закончил физико-математический факультет Новороссийского университета в Одессе. Из-за семейных финансовых трудностей ему пришлось отказаться от научной деятельности и начинать карьеру на железной дороге, где он служил кассиром, контролером, ревизором, начальником станции, изобрел новый способ сцепления вагонов, способ ускоренной сигнализации, контрольные приборы и пр. Он прошел на американский манер различные служебные ступени вплоть до высоких постов в министерстве путей сообщения: директора департамента железных дорог и министра путей сообщения*.

* Назначением на эту должность в 1892 году он был обязан предупреждением Александра III о возможности крушения поезда, в котором ехал император и его семья.

Но в этой должности он пробыл всего несколько месяцев, и вскоре, в возрасте 43 лет, Витте стал министром финансов с очень широкими полномочиями: ему были подчинены торговля, промышленность, департамент железных дорог и др. На этом посту он оставался целых 11 лет — с 1892 до 1903 года. Здесь он проявил себя сторонником индустриализации страны на западноевропейский манер. Витте неоднократно подчеркивал, что Россия имеет уникальные природные ресурсы, которые лежат пока мертвым грузом. К началу XX века Витте имел четкую программу развития экономики: догнать промышленно развитые страны, занять прочные позиции в торговле с Востоком, обеспечить активное внешнеторговое сальдо, и все это — при неограниченном вмешательстве государства в экономику и при стабильной самодержавной власти.

Одной из главных заслуг С.Ю. Витте была стабилизация финансовой системы страны. Дело в том, что к 1890-м годам эта система была почти полностью расстроена, бумажные деньги были неустойчивыми вследствие их необеспеченности, их курс постоянно снижался, золотые и серебряные деньги практически исчезли из обращения. В стране существовала высокая инфляция*, которая была выгодна крупным землевладельцам, вывозящим хлеб на внешний рынок за золото. Для молодой российской буржуазии, напротив, инфляция создавала большие трудности в их деятельности. Перед страной стояла насущная необходимость перехода к золотому стандарту, в котором были заинтересованы и отечественные, и иностранные инвесторы, поскольку он гарантировал им стабильность в предпринимательстве. России нужны были устойчивые металлические деньги взамен бумажной валюты — неизбежной спутницы перехода от натурального хозяйства к рыночной экономике.

Но для перехода к золотому стандарту необходим был достаточный золотой запас государства, на создание которого были направлены усилия Витте в качестве министра финансов. С осени 1894 года в России приступили к накоплению золота в Госбанке. Это достигалось не только при помощи активного внешнеторгового баланса, но и внешних займов. Именно при Витте Россия получила до 3 млрд золотых руб. внешних кредитов, а золотой запас страны составил в 1897 году 1 млрд 95 млн руб.**, что приближалось к стоимости находившихся в обращении бумажных денег. Кроме того, были введены высокие косвенные налоги (акцизы) на товары массового спроса: спички, керосин, табак, сахар, водку, хлопчатобумажные ткани и др., за счет чего был устранен в основном дефицит государственного бюджета, а косвенные налоги выросли в течение 1890-х годов на 42,7\%. Увеличился поземельный налог и гербовый сбор.

* Среди множества причин, вызвавших инфляцию в 1870—1880-х годах, были огромные выкупные платежи за землю, полученные помещиками от правительства после реформы 1861 года. Так, за 10 лет (1863—1872) они получили 772 млн руб., которые были пущены в основном на непроизводственные расходы.

** Это было самое крупное в мире сосредоточие золота. Так, золотой запас Французского банка составлял 478,7 млн руб. (1915 млн франков), а английского — 202,6 млн руб. (32135 тыс. фунтов стерлингов).

В 1895 году в России была введена винная монополия, т.е. исключительное право государства на производство и торговлю спиртными напитками*. Через пять лет доход от винной монополии вырос в 7,5 раза. При Витте эта монополия приносила в казну до 365 млн руб. ежегодно, а при его преемниках — до 543 млн руб. Заметно увеличилось потребление спиртных напитков населением. В будни казенные лавки — «монопольки» отпускали винно-водочные изделия с 7 часов утра до 10 часов вечера, а в воскресные дни — сразу после окончания церковной службы и до вечера. Выросли и общие государственные доходы. Если в начале царствования Александра III они составляли 730 млн руб. в год, то в 1897 году — около 1,5 млрд руб.

Все эти мероприятия позволили в 1894—1895 годах стабилизировать рубль и провести денежную реформу. В 1897 году был принят закон «О чеканке и выпуске в обращение золотых монет». Были выпущены золотые монеты номиналом 5 руб., 10 руб.— червонец, 7,5 руб. — полуимпериал, 15 руб. — империал. Золотой рубль был равен 0,774 г чистого золота. Прежний бумажный кредитный рубль приравнивался по существовавшему тогда фактическому курсу к 66,3 коп. золотом, т.е. была проведена девальвация рубля**. Следует отметить, что российская валюта оставалась твердой до Первой мировой войны.

Данная реформа была проведена столь виртуозно, что практически это не отразилось на ценах. Она усилила прилив отечественных и иностранных капиталов в экономику, и к концу века Россия превратилась из чисто аграрной страны в аграрно-индустриальную державу со средним уровнем развития.

* Четвертая винная монополия в истории России. Первую, как известно, установил еще Иван III в 1472 году, затем ее использовали Петр I и Екатерина II в качестве источника пополнения государственной казны.

** Поступавшие в обращение новые бумажные деньги представляли собой обязательства Госбанка — банкноты, которые можно было выпускать в неограниченном количестве. Но в целях обеспечения обмена на золото требовалось, чтобы банк всегда имел соответствующие резервы. Золотой запас должен был составлять не менее половины общей суммы выпущенных в обращение кредитных билетов.

*** Отметим, что летом 1896 года по всей стране праздновался 100-летний юбилей императора Николая I, который справедливо считался «основателем железнодорожного дела в России». В связи с этим событием по указу Николая II был учрежден первый профессиональный праздник — День железнодорожника. Он отмечался ежегодно вплоть до 1917 года, когда был упразднен вместе со всеми дореволюционными праздниками. И лишь в 1936 году в календаре снова появился День железнодорожника, который до сих пор отмечается в первое воскресенье августа.

Особую заботу проявлял С.Ю.Витте о железнодорожном строительстве***. Только за один 1898 год в стране было построено почти три тысячи верст железнодорожных путей. Всего же за годы его службы на посту министра финансов протяженность железных дорог в России увеличилась на 25 тыс. верст. Известно, что за 1892-1903 гг. в строительство железных дорог была вложена сумма, соответствующая более чем двум среднегодовым национальным доходам страны. При непосредственном участии С.Ю.Витте было возобновлено строительство Транссибирской магистрали от Москвы до Владивостока длиной около

тысяч км. Ее строительство началось еще в 1886 году, но было остановлено на Урале (в Челябинске) из-за нехватки средств.

Одновременно с укладкой рельсов вдоль магистрали строились промышленные предприятия, развивались старые и возникали новые города. Так, на месте деревни Гусевка на реке Обь вырос Новони-колаевск (ныне Новосибирск), и таких городов можно назвать множество: Барабинск, Тайшет, Сретенск, Уссурийск и др. Окончание строительства Транссиба помогло проводить эффективную переселенческую политику, осваивать несметные богатства Сибири и Дальнего Востока, активизировать восточный внешнеполитический курс России. Полное завершение строительства Великой Сибирской магистрали произошло в 1916 году, в разгар Первой мировой войны.

В 1890-е годы особенно усилился протекционизм во внешней торговле. Таможенная политика оставалась составной частью системы экономических мероприятий по защите отечественных предпринимателей и создания для них благоприятных условий во внешней торговле. В 1891 году была установлена таможенная пошлина на все иностранные товары в размере 33\% их стоимости, а некоторые из них облагались почти запретительными пошлинами. По сравнению с 1868 годом импортные пошлины на чугун повысились в 10 раз, на рельсы — в 4,5 раза и т.д.

это же время экспортные пошлины были весьма незначительными.

С.Ю. Витте уделял внимание и аграрному вопросу, поскольку понимал, что расширить границы внутреннего рынка можно прежде всего за счет роста покупательной способности основной части населения — крестьянства, а это можно сделать лишь путем замены общинного землевладения частным. Витте даже удалось добиться принятия закона об отмене круговой поруки в общине.

Под председательством Витте в 1902 году было создано Особое Совещание для определения нужд сельского хозяйства с целью пересмотра ряда законов по «крестьянскому вопросу», принятых еще 40 лет назад, чтобы «водворить личную собственность в деревне». Это было вызвано всеобщим «оскудением» деревни, особенно в центральной России, падением платежеспособности крестьянства, ростом революционных настроений на селе.

На местах были созданы губернские и уездные комитеты для анализа сельскохозяйственного производства и выработки мер по «улучшению благосостояния крестьян». Из этих комитетов в Особое Совещание поступали предложения по совершенствованию имущественного и гражданского положения крестьян, уравниванию их с другими сословиями. Предлагалось постепенно переводить крестьян от общинного к подворному и хуторскому хозяйству и т.д. Но в 1902—1903 годы эти меры были расценены как преждевременные, общинное землепользование было объявлено незыблемым, крестьянские надельные земли — неотчуждаемыми, и в деревне все осталось по-прежнему. Реализовать свои планы по крестьянскому вопросу Витте не удалось. Позже к этим мероприятиям подошел вплотную П.А. Столыпин, на которого Витте смертельно обиделся за то, что Столыпин «обокрал» его, а реформы получили имя Столыпина.

Справедливости ради следует отметить, что Витте тоже не был оригинальным в своей политике, поскольку он всего лишь продолжал действия И.А. Вышнеградского, которого он сменил на посту министра финансов. Ведь именно Вышнеградский положил начало и крупным займам за рубежом, и жесткому протекционизму, а также подготовил почву для перехода к золотому стандарту. Но именно действия Витте вызвали особое недовольство в правительственных кругах и среди общественности. Его обвиняли в том, что он якобы разрушает основы хозяйственной жизни страны, распродает Россию иностранцам и пр. Особенно активно при этом выступал давний противник Витте министр внутренних дел В.К. Плеве. В августе 1903 года Витте был смещен с должности министра финансов и назначен на пост председателя Комитета министров, что означало «почетную отставку», поскольку в его руках не осталось почти никаких полномочий.

С именем С.Ю. Витте связаны события и на международной арене, в которых участвовала Россия. В конце XIX — начале XX веков молодые, быстро развивающиеся страны (Германия, США, Япония) начали требовать от старых колониальных держав (Англии и Франции) экономического и территориального передела мира. В этот период сформировались два крупных военно-политических блока: Тройственный Союз (Германия, Австро-Венгрия и Италия), с одной стороны, и Тройственное согласие, или по-французски Антанта (Англия, Франция и Россия), с другой.

На рубеже веков объектом международных столкновений стали Китай, Корея и Маньчжурия, куда устремились почти все крупные мировые державы и присоединившаяся к ним Япония. Для России «дальневосточная политика» в течение многих лет являлась приоритетной, а впоследствии это привело к военному конфликту с Японией.

С 1894 года Япония упрочила свое присутствие в Китае, требуя выплату контрибуций и претендуя на большие территории. Китай обратился за помощью к России, с которой в 1896 году был заключен договор об оборонительном союзе. По этому договору Китай разрешил России построить Китайско-Восточную железную дорогу (КВЖД) и отдал в аренду на 25 лет Ляодунский полуостров, Порт-Артур и порт Дальний с правом создания там российской военно-морской базы.

В течение нескольких лет Россия поддерживала Китай в военно-политическом отношении в обмен на присутствие в Маньчжурии. Но это вызывало резкое неприятие со стороны Японии, которая стремилась ослабить влияние России на Дальнем Востоке. В этом вопросе Японию тайно поддерживали США и Англия, также не заинтересованные в усилении там российских позиций. Они снабжали Японию кредитами, металлом, нефтью, оружием, кораблями и всячески подталкивали ее к войне с Россией.

При дворе Николая II начал разгораться милитаристский психоз. В то время как Витте и его сторонники выступали за «мирное завоевание» Маньчжурии, министр внутренних дел Плеве, стремясь сбить революционную волну в России, постоянно повторял: «Чтобы удержать революцию, нам нужна маленькая победоносная война».

В 1903 году Япония предъявила ультиматум России по поводу ее присутствия в Маньчжурии и особого «покровительства» Корее. Россия не приняла японских условий, и в январе 1904 года началась война, которая была проиграна Россией по всем направлениям. Сказалась лучшая подготовка японских войск на суше и на море, разбросанность русской армии на огромной территории от Порт-Артура до Владивостока, бездарность российского военного командования при проведении боевых операций. К тому же еще не была достроена Транссибирская магистраль, поэтому войска, оружие, боеприпасы, продовольствие поступали на Дальний Восток с большим опозданием.

В конце мая 1905 года Россия согласилась на мирные переговоры с Японией при посредничестве американского президента Теодора Рузвельта. В условиях когда надо было признать свое поражение, никто из приближенных Николая II не хотел ехать на эти трудные и унизительные переговоры. Российскую делегацию было поручено возглавлять С.Ю. Витте, который уже неоднократно и весьма успешно выступал в качестве дипломата на переговорах с Китаем, Японией, Германией. 23 августа 1905 года в Портсмуте (США) был заключен мирный договор. Это была дипломатическая победа Витте, потому что из безнадежно проигранной войны России удалось выйти с минимальными потерями и добиться «почти благопристойного мира»*. По этому договору Россия уступала Японии Южный Сахалин (южнее 50 параллели), Корея оставалась в сфере японских интересов, в Маньчжурии устанавливался принцип «открытых дверей», КВЖД от Порт-Артура до Харбина поступала в аренду Японии и т.д. К тому же Россия должна была оплатить Японии стоимость содержания русских военнопленных.

Поражение в войне вызвало в России потрясение. Огромные людские потери — 270 тыс., в том числе 50 тыс. погибших в боях на сопках Маньчжурии, гибель практически всего военно-морского флота, в том числе недавно построенного крейсера «Варяг», — все это произвело на общество тяжелое впечатление. За период русско-японского конфликта упало производство во многих отраслях, кроме военно-промышленного комплекса (ВПК), выросли цены на массовые товары. Государственные расходы на войну составили около 3 млрд руб. Такой ценой российский народ расплачивался за авантюризм правительства.

На рубеже веков требовалось более решительно разобраться с нарастающим рабочим движением. Причем правительство осознавало, что чисто репрессивными мерами против недовольных рабочих уже не обойтись. Нужны были иные шаги в этом направлении. На предприятиях появились фабричные инспекторы, которые должны были вникать в проблемы рабочих, выяснять причины их недовольства.

* За это С.Ю. Витте был присвоен титул графа, а недоброжелатели тут же прозвали его «графом Полусахалинским», обвиняя его в уступке Южного Сахалина Японии.

** Российские предприниматели были категорически против установления 8-часового рабочего дня, объясняя это тем, что в России очень много выходных и праздничных дней (прежде всего церковных праздников). А для того чтобы выдержать острую конкуренцию с иностранными товарами, следует сохранять, считали они, более продолжительный рабочий день.

Рабочие все чаще требовали сокращения продолжительности рабочего дня, которая составляла в среднем 10—12 час.**. На предприятиях стали создаваться «Общества взаимного вспомоществования рабочих». Идеологом их создания выступил начальник московского охранного отделения С.В. Зубатов, поэтому этот процесс называли «зубатовщина». Такие общества возникли во многих промышленных центрах России и стали прообразом будущих профсоюзов. Их руководителям удавалось добиться отдельных экономических уступок от фабрикантов в улучшении условий и оплаты труда, что вызвало недовольство среди предпринимателей, поэтому вскоре зубатовцам было строго запрещено вмешиваться в подобные трудовые конфликты. Первоначально зубатовские организации выступали в поддержку монархии, но в 1902 году они стали выступать с антиправительственными лозунгами. По настоянию Витте Зубатов был смещен, а его «профсоюзы» распущены.

Индустриальное развитие России в конце XIX— начале XX веков было отмечено особой люмпенизацией разорившейся и выброшенной из деревни крестьянской массы, не нашедшей себе места и в городе. Босяки, неквалифицированные рабочие и прочие маргинальные слои города и деревни стали питательной средой для революционного движения.

9 января 1905 года в Петербурге была разогнана мирная демонстрация, направлявшаяся к царю с петицией об улучшении жизни рабочих, при этом было убито более двух тысяч человек. Это событие, а также неудачная русско-японская война, ослабившая государство, подтолкнули взбудораженные массы к антиправительственным выступлениям.

Взаимный тупик насилия вызвал необходимость поиска компромисса со стороны правительства, императора и революционных масс. Николай II снова призвал С.Ю. Витте для совместного поиска путей выхода из кризиса. Витте накануне 9 января вел переговоры с общественными деятелями, чтобы не допустить манифестации рабочих, но безрезультатно. Осенью того же года Витте принял участие в подготовке Манифеста «Об усовершенствовании государственной власти», который был опубликован 17 октября 1905 года. В нем Николай II был вынужден пойти на определенные уступки под угрозой краха империи. В соответствии с Манифестом населению даровались «незыблемые основы гражданской свободы» и предоставлялось право неприкосновенности личности, свобода слова, совести, печати, собраний. В результате в стране были легализованы профсоюзы, отменена цензура, рабочие добились повышения заработной платы и решения некоторых иных социальных проблем. Следует также отметить, что в 1906 году, после принятия Основных законов, Россия фактически превратилась в страну с конституционной монархией.

19 октября 1905 года царь подписал указ о превращении Комитета министров в Совет министров, а С.Ю. Витте был назначен его первым председателем (премьер-министром) в истории России. На этом посту С.Ю. Витте показал свои способности к лавированию между двумя противоборствующими силами. Он выступал охранителем самодержавия и искусным миротворцем, успевал заниматься разнообразными вопросами: переустройством крестьянского землевладения, пропагандой правительственных постановлений, введением военно-полевых судов в условиях революционного восстания.

В ноябре 1905 года Николай II издал Манифест, по которому сначала уменьшались выкупные платежи крестьян за землю, а с 1 января 1907 года они полностью отменялись. Таким образом закончилась процедура выкупов, установленная еще в 1861 году.

Революционные события 1905—1907 годов имели большие негативные последствия для экономики страны: заметно ослабла активность предпринимателей, уменьшился торговый оборот. Из-за стачек сократились объемы промышленного производства, были уничтожены материальные ценности — промышленные здания, железнодорожные сооружения, инфраструктура. По всей стране было разграблено и уничтожено множество помещичьих усадеб, хозяйственных построек, посевов, скота. Сократились капиталовложения в экономику, из частных банков изымались вклады и переводились за границу. Все это поставило царское правительство на грань банкротства, и лишь заем во Франции в размере 840 млн руб. помог спасти российскую денежную систему от полного краха.

После подавления вооруженного восстания в декабре 1905 года Витте оказался под огнем с двух сторон. Левые силы обвиняли его в карательной политике против своего народа, правые называли его «поборником революции» за гибкость в поисках компромиссов. В апреле 1906 года отношения Николая II и С.Ю. Витте окончательно обострились, и он был вынужден уйти в отставку. Скончался Витте в 1915 году почти в забвении.

В 1905 году была начата подготовка к выборам в Государственную Думу, представительный и законодательный орган, о котором еще в начале XIX века писал М.М. Сперанский. Николай II дал обещание, что никакой закон не будет принят без одобрения Думы. В противовес Думе параллельно создавался и Государственный Совет, «верхняя» законодательная палата.

В марте—апреле 1906 года состоялись выборы в I Государственную Думу. Из 448 депутатов 43\% составляли кадеты, 23 — трудовики и социал-демократы, 14 — буржуазные националистические группы и т.д. Дума работала всего 72 дня, и за это время депутаты не сумели принять ни одного закона, а занимались бесконечными политическими дебатами*. Депутаты от кадетов и трудовиков требовали слишком радикального подхода к помещичьему землевладению, но такое решение было неприемлемо для поместного дворянства. Царь понимал, что Дума не только не «успокаивает» народ, а еще больше разжигает «смуту», поэтому пошел на ее роспуск.

В феврале 1907 года прошли выборы во II Государственную Думу, состав которой оказался еще «левее»: 43\% депутатов (222 из 524) представляли социалистические партии. Эти депутаты постоянно выступали на заседаниях с требованиями полной и безвозмездной конфискации помещичьих земель и превращения всего земельного фонда страны в общенародную собственность. Чрезмерная политизированность в работе депутатов явилась причиной роспуска IIДумы через 102 дня — 3 июня 1907 года.

Этот день долгие десятилетия расценивался в литературе как государственный переворот, поскольку Николай II издал закон, изменивший порядок выборов в Думу, и тем самым нарушил обещание не принимать никаких законов без согласия Думы. На самом деле в результате этого события в стране была установлена «третьеиюньская политическая система», которая позволила укрепить государственную власть, не допустить революционных беспорядков и провести необходимые реформы.

Прежде всего по новому закону о выборах изменился социальный состав Думы. В ней было ограничено представительство рабочих и крестьян, но зато резко увеличилось количество депутатских мест от помещиков и крупной буржуазии, которых Николай II считал своей верной опорой. III Государственная Дума просуществовала весь отведенный ей срок (1907—1912), а ее деятельность была весьма плодотворной. Депутаты за это время обсудили и одобрили более двух тысяч законодательных актов. Наряду с незначительными вопросами III Дума занималась и самыми важными проблемами страны, которые необходимо было решать под угрозой новых революционных выступлений.

* Один из министров императорского двора отзывался о I Думе так: «Эти депутаты скорее похожи на стаю преступников, ожидающих сигнала, чтобы зарезать всех сидящих на правительственной скамье».

Среди таких важнейших вопросов был аграрный. III Дума одобрила указ о проведении широкомасштабной аграрной реформы. Под давлением стачечного движения Дума приняла также закон о страховании рабочих, о некотором сокращении рабочего дня, об упорядочении заработной платы и др., что позволило заметно снизить накал рабочих выступлений.

Столыпинская аграрная реформа

В целом политику царского правительства после 3 июня 1907 года можно расценить как продолжение реформ Александра II на новом историческом отрезке. В это время удалось многое сделать на пути преобразования феодальной монархии в буржуазную, на пути рыночных реформ в экономике.

Николай II старался лавировать между реакционным дворянством и либеральной буржуазией. Ярким примером такой политики было неожиданное назначение в 1906 году на пост Председателя Совета Министров Петра Аркадьевича Столыпина (1862—1911), выдающегося государственного деятеля России начала XX века.

Выходец из старинного дворянского рода*, владелец огромных поместий, Столыпин получил блестящее образование в Петербургском университете. Он не стал заниматься научной работой, а предпочел ей государственную деятельность, служил в Министерстве государственных имуществ и в Министерстве внутренних дел. Свою общественную деятельность начинал в качестве ковенского предводителя дворянства, а затем — гродненского гражданского губернатора, поскольку имел большие имения в Прибалтике и Польше.

1905 год застал его в должности губернатора Саратовской губернии, где проходили особенно массовые волнения крестьян. Столыпин в поездках по деревням, охваченным волнениями, видел, что крестьянская война — результат неустроенности жизни, поскольку крестьяне не имеют возможности свободно хозяйствовать на земле, они по-прежнему закабалены выкупными платежами, круговой порукой в общине, уравнительными земельными переделами.

* Его прадед, Столыпин А.А., был другом М.М. Сперанского; дед, Столыпин Д.А., был наместником Польши. Отец, Столыпин А.Д., участник Крымской кампании, был другом Л.Н. Толстого, комендантом Кремля. Сам Столыпин приходился троюродным братом М.Ю. Лермонтову.

** Карьера Столыпина была стремительной. Он оказался самым молодым губернатором в стране, самым молодым министром внутренних дел, и наконец, самым молодым премьером — в возрасте 44 лет от роду.

На посту саратовского губернатора Столыпин проявил особую жесткость и решительность при подавлении крестьянских бунтов. Это было замечено Николаем II, и в апреле 1906 года он назначил Столыпина министром внутренних дел, а в июле того же года — еще и председателем Совета Министров**.

Будучи убежденным монархистом, сторонником твердой и сильной государственной власти, П.А. Столыпин зарекомендовал себя как последовательный реформатор социально-экономической и политической структуры российского общества. Своими преобразованиями он стремился вывести Россию в число наиболее развитых мировых держав. Он предполагал сначала подавить революционное движение, а потом — проводить всесторонние реформы. Но действительность распорядилась иначе. Приходилось и то, и другое осуществлять одновременно.

Столыпин пришел в правительство в сложное время крестьянских восстаний, рабочих стачек, террора, движения сепаратизма на окраинах империи, когда на руках у населения оказалось большое количество оружия, взрывчатки, бомб, когда революционное движение охватило армию и флот. По официальным данным, в результате террористических актов и революционных выступлений в 1905—1907 годах было убито 4126 и ранено 4552 должностных лица. Сам Столыпин испытал десять покушений, в результате которых пострадали его близкие.

19 августа 1906 года Николай II подписал указ о военно-полевых судах, где в течение двух дней рассматривались дела о терроре и вооруженных грабежах. Приговор вступал в силу немедленно и приводился в исполнение в течение 24 часов. По данным Государственной Думы, к 1907 году общее число жертв террора составляло почти 20 тысяч. В ответ на это в 1906— 1907 годах было казнено 3796 человек, расстреляны карательными экспедициями 1172 человека. Всего за 1907—1909 годы ко всем видам наказания за участие в революционном движении было приговорено 26 тысяч человек. Такого размаха репрессий Россия не знала со времен подавления крестьянских восстаний XVII—XVIII веков.

Наиболее яркий след в истории России оставила знаменитая реформа крестьянского надельного землевладения, известная как столыпинская аграрная реформа. Вопрос о замене общинного (мирского) землепользования индивидуальным землевладением, как известно, был поставлен еще в 1902 году С.Ю. Витте в Особом Совещании, но был отвергнут как несвоевременный. Массовое участие крестьян в революции 1905—1907 годов заставило правительство пересмотреть многие подходы к решению аграрного вопроса в России, поскольку его уже нельзя было откладывать дальше, да и дворянство, напуганное крестьянскими выступлениями, решилось, наконец, пожертвовать общиной.

Проведению аграрной реформы предшествовали некоторые мероприятия. В мае 1906 года представители дворян-землевладельцев на своем съезде предложили П.А. Столыпину, тогда еще министру внутренних дел, разрешить крестьянам свободно выходить из общины, продавать свои наделы, поощрять свободное переселение на окраины России. К этому времени уже было объявлено об отмене с 1 января 1907 года выкупных платежей бывших помещичьих, удельных и государственных крестьян.

Но непосредственное осуществление аграрной реформы началось после опубликования 9 ноября 1906 года указа «О дополнении некоторых положений действующего закона, касающегося крестьянского землевладения и землепользования». В этом указе отмечалось, что каждый домохозяин, владеющий надельной землей на общинном праве, может в любое время потребовать закрепления этого надела в личную собственность.

Все общины были разделены на две категории. В первую входили те, в которых в течение последних 24 лет не происходило переделов земель, т.е. беспередельные общины. Во вторую категорию были включены те общины, где за эти годы периодически происходило перераспределение наделов, поэтому они назывались передельными общинами.

Крестьяне беспередельных общин сразу объявлялись (независимо от их желания) собственниками своих усадебных наделов, а также тех общинных участков земли, которые находились на данный момент в их постоянном (не арендном) пользовании. Для передельных общин (а их было 75\% от общего количества) надо было заручиться желанием 2/ 3 крестьянских дворов за выход из общины, после чего происходила ее ликвидация, а домохозяева становились частными собственниками земли. Таким образом отменялась семейная форма собственности на землю, и надел переходил в личную собственность домохозяина. Крестьяне, имевшие больше земли, чем причиталось на их долю по составу семьи, могли закрепить данные излишки в личную собственность, уплатив общине их стоимость. Все домохозяева, вышедшие из общины, сохраняли право пользования сенокосными, лесными и иными угодьями в прежнем объеме. Крестьянам предоставлялась возможность свободы выбора местожительства без потери права на земельные наделы.

К этому времени в стране насчитывалось примерно 12,8 млн крестьянских дворов. Из них 2,8 млн уже с 1861 года находились в подворном землевладении. Помимо этого, к 1906 году 0,8 млн зажиточных хозяев вышли из общинного надела и стали подворными собственниками, что и подтверждалось указом от 9 ноября 1906 года. Действие же данно

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 |