Имя материала: История России

Автор: Ш. М. Мунчаев

Глава 10. монархическая и буржуазная эмиграция из россии после гражданской войны

 

Антисоветская эмиграция не идет ни в какое сравнение со всеми предшествующими эмиграциями. Более массовая, располагавшая своей организацией, прессой, постоянной поддержкой империалистических кругов, она представляла собой беспрецедентное историческое явление. Источники и существующая литература о российской эмиграции отмечают неоднородность ее состава. Различные слои эмигрантской массы отличались разной степенью антибольшевистской активности, большей или меньшей осознанностью причин своей враждебности Советской власти, прочностью связи с иностранной интервенцией и даже своими путями "исхода" за границу.

В целом антисоветская эмиграция представляла собой конгломерат лиц — капиталистов и помещиков, генералитета и офицерства, остатков белогвардейских контрреволюционных военных формирований, верхов казачества, царских чиновников, деятелей буржуазно-помещичьих, монархических и националистических партий, части интеллигенции, — бежавших за границу с территории Советской России во время Гражданской войны. Эмиграция начала складываться после Февральской революции 1917 г., когда Россию покинула (в основном через финскую границу) верхушка аристократии и представителей господствующих классов страны. Часть из них надеялась переждать за границей "смутное время", другие не рассчитывали уже на возможность реставрации самодержавия. Эту первую волну эмигрантов дополнили находившиеся за границей монархисты — царские дипломаты и др.

С победой Октябрьской революции 1917 г. поток эмигрантов возрос. Они стали сосредоточиваться в Финляндии, Германии, Румынии, Китае, Франции, Иране. Ряды эмиграции пополнились сотрудниками дипломатического корпуса бывшего Временного правительства, бежавшими из России деятелями различных политических партий и движений, торгово-промышленной и финансовой буржуазией. Эмиграция приступила к созданию антисоветских организаций. Среди них: "Карельское просветительное общество", выступавшее за государственную и культурную автономию Карелии в составе Российской империи; образованный в Харбине в феврале 1918 г. "Дальневосточный комитет активной защиты родины и Учредительного собрания", поддерживавший генерала Хорвата А. Л.; "Русский комитет", созданный в ноябре 1918 г. в Хельсинки монархистами и стремившийся заключить союз с Германией для интервенции в Россию; "Русское политическое совещание", организованное в Париже в 1918 г. и претендовавшее на роль руководящего центра "белого дела" и ставящего своей целью "отстаивание единства, целостности и суверенитета России", спасение "русской демократии и революции" с помощью держав Антанты; организованная в США в 1918 г. "Лига возрождения свободной России"; "Политическое совещание" (по сути — "правительство"), созданное в Хельсинки в мае 1919 г. и поддерживаемое державами Антанты, в особенности, Великобританией.

Деятельность указанных организаций, в основе которой лежали модифицировавшиеся в ходе Гражданской войны программы лидеров "белого дела", поддерживалась заграничными отделениями национализированного в Советской России еще в декабре 1917 г. "Русско-Азиатского банка". Меньшая часть эмиграции ориентировалась на Германию и ее союзников, большинство — на державы Антанты (что и предопределяло распределение эмигрантов по странам). Основным политическим центром эмиграции являлся Берлин. После поражения государств Четвертого союза в Первой мировой войне и краха германской интервенции в Советской России главным "гарантом" в дипломатической, военной, политической и материально-технической областях при осуществлении антисоветских планов эмиграции стала Антанта. Однако несмотря на объединяющее эмиграцию принципиальное единство цели — свержение Советской власти, в ее рядах отсутствовала политическая консолидация. Эмиграции были свойственны ожесточенные распри, вражда между органами, партиями и группами за приоритет в руководстве антисоветским движением, по тактическим вопросам (о способах борьбы с большевиками), выдвигались обвинения об "ответственности" за свершение революции в России и т. д.

Главным источником пополнения эмиграции были остатки контрреволюционных формирований, разгромленных Красной Армией во время Гражданской войны: амурских казаков атамана Гамова И. М. (март 1918 г., в Китай); белогвардейского офицерства гетмана Скоропадского П. П. (декабрь 1918 г., в Германию); частей "Крымского красного правительства" и гражданского населения Одессы и Севастополя (апрель 1919 г., в Константинополь); "Западной армии" генерала Бермондт-Авалова П. Р. (декабрь 1919 г., в Германию); "Северо-западной армии" генерала Юденича Н. Н. (декабрь 1919 — январь 1920 г., в Финляндию); уссурийских казаков атамана Калмыкова И. М. (февраль 1920 г., в Китай); "Северной армии" генерала Миллера Е. К. из Архангельска и Мурманска (февраль—март 1920 г., в Финляндию); деникинских вооруженных сил юга России и гражданского населения Новороссийска и Одессы (март—апрель 1920 г., в Константинополь); формирований Хивинского хана (апрель 1920 г., в Иран); "Семиреченской армии" атамана Анненкова Б. В. (май 1920 г., в Китай); бухарского эмира (сентябрь 1920 г., в Афганистан и Иран); врангелевской "Русской армии" и гражданского населения из Севастополя и Феодосии (ноябрь 1920 г., в Константинополь); петлюровцев (ноябрь

1920 г., в Румынию и Польшу); семеновцев (ноябрь Г920 г., в Китай); азербайджанских мусаватистов (в Турцию), армянских дашнаков и грузинских меньшевиков (март, 1921 г., в Германию и Францию); анархистов Махно Н. И. (август

1921 г., в Румынию); "земской рати" генерала Дитерихса М. К. (октябрь 1922 г., в Японию, Китай и Корею).

Лишившись в ходе социалистических преобразований в России своей социальной базы, в лагерь антисоветской эмиграции перешла и большая часть деятелей партий кадетов, эсеров, меньшевиков и политических организаций националистической направленности. Они выступили инициаторами создания новых эмигрантских политических организаций. Среди них: "Новый союз защиты родины и свободы", созданный Савинковым Б. В. весной 1921 г. на основе "Союза защиты родины и свободы" и действовавшего в Варшаве с 1920 г. "Русского политического комитета", реорганизованного в январе 1921 г. в "Русский эвакуационный комитет". "Союз" ставил своей целью свержение Советской власти. Члены "Союза" занимались подготовкой антисоветских восстаний, совершали вооруженные налеты на советские населенные пункты, убийства советских и партийных работников. После разгрома органами ВЧК на территории СССР основных сил "Союза" в начале 1924 г. он прекратил свое существование. Другая организация — "Внепартийное демократическое объединение" — была создана в Париже в июле 1920 г. Одним из ее организаторов был бывший премьер-министр Временного правительства Керенский А. Ф. Главное внимание организация уделяла военно-повстанческой работе. Были разработаны планы создания конспиративной "повстанческой армии" в Советской России, вооруженных отрядов белоэмигрантов в соседних с ней странах. Предполагалось, в частности, что в случае восстания эти отряды вторгнутся в пределы Советской России и составят ядро "повстанческой армии". При этом особые надежды возлагались на организацию восстания на Северном Кавказе и в Черноморье, где во время Гражданской войны существовало широкое движение "зеленых". ("Зеленые" — лица, которые во время Гражданской войны, не желая служить в армии, укрывались в лесах (отсюда и название.) Члены организации вели шпионаж, налаживали транспортировку антисоветской литературы, формировали тайные штабы в пограничных с Советской Россией странах (Финляндии, Эстонии, Латвии, Польше), в Праге и Константинополе. Финансировалась она правительствами Франции, Чехословакии, Великобританией, русской буржуазной эмиграцией.

Общая численность антисоветской эмиграции к концу Гражданской войны составила 2 млн. человек, основные места ее сосредоточения —-Балканские страны, Чехословакия, Китай, Германия, Польша, Франция, Финляндия; политические центры — Константинополь, Варна, София, Белград, Прага, Берлин, Париж.

Военные поражения белогвардейцев, дискредитация "идей" лидеров "белого дела", а также первые успехи социалистического строя в Советской России предопределили стремление части эмиграции вернуться на родину. В разных странах возникли "Союзы возвращения на родину". Декретами ВЦИК и СНК от 3 ноября 1921 г. и от 9 июня 1924 г. была объявлена амнистия значительной части лиц, участвовавших в качестве рядовых солдат в белогвардейских военных организациях. Эти меры Советского правительства способствовали тому, что тысячи солдат и казаков открыто порвали с белым движением. Только в 1921 г. из эмиграции возвратилось 121 843 человека. Источники белоэмигрантского происхождения также сходятся на указанных цифрах эмигрантов.

Эмиграция подразделяется на монархическую, буржуазную и мелкобуржуазную.

Монархическая эмиграция раньше других слоев российского общества оказалась за границей. Имея средства в зарубежных банках и связи с верхами империалистических государств, они не спешили с открытыми заявлениями о своих планах и путях восстановления в России легитимной монархии. Этому мешали, во-первых, растерянность реакционных буржуазно-помещичьих кругов, вызванная революцией, потерей законного монарха, его наследника и отсутствием более или менее бесспорных претендентов на престол, во-вторых, тактические соображения.

Не форсировала монархическая эмиграция и оформление в самостоятельную организацию. В 1921 г. в ее кругах появилась идея созыва съезда всех монархических организаций за рубежом. Весьма деятельной фигурой в этом лагере в Германии стал Марков 2-й, олицетворявший вместе с Пуришкевичем наиболее реакционные черносотенные круги дореволюционной России. Ему-то и принадлежала главная роль в созыве в 1921 г. в германском городке Рейхенгалле первого эмигрантского монархического съезда.

По утверждению самого Маркова 2-го, "объединение и согласие в монархической среде" длились всего два года, до тех пор пока воздерживались от выдвижения на "трон" конкретной фигуры. Некоторое равновесие между претендентами на российский престол было нарушено великим князем Кириллом Владимировичем.

Провозгласив себя фактическим императором, Кирилл вызвал бурный протест большей части монархической эмиграции, прежде всего Высшего монархического совета. В еженедельнике совета № 52 от 30 августа 1922 г. было опубликовано постановление, в котором говорилось, что Рейхенгалльский съезд, "не признав возможности в настоящее время за рубежом России разрешить вопрос о престолонаследнике, поручил Высшему монархическому совету обратиться к Ее Императорскому Величеству государыне императрице Марии Федоровне (матери Николая II) с всеподданнейшей просьбой об указании лица, имеющего стать впредь до воцарения законного государя блюстителем престола". На наследование блюстителя престола съезд рекомендовал великого князя Николая Николаевичу

Весной 1924 г. Николай Николаевич провел беседу с представителями американской печати, в которой впервые высказался как законный блюститель престола. А через несколько месяцев, в ноябре 1924 г., английские газеты опубликовали заявление великого князя, в котором Николай Николаевич заявил о своей готовности возглавить движение, цель которого: "дать России разумное правительство". Число своих сторонников, — отмечали газеты, — Николай Николаевич определяет в три миллиона. В это число входят двести тысяч солдат армии Врангеля и Деникина, а также многочисленные отряды императорской армии" (Непролетарские партии России. Урок истории. М., 1984. С. 537).

Состоявшийся в 1926 г. в Париже "зарубежный съезд" возложил на князя миссию "вождя священной борьбы против большевизма".

Последовавшая в январе 1929 г. смерть Николая Николаевича вызвала изменения в расстановке политических сил монархического лагеря. Так, на очередном монархическом съезде большинство монархистов объединилось вокруг главы императорского дома. Однако начавшийся распад монархического лагеря продолжался. Любые попытки вдохнуть жизнь в монархическое течение оказались тщетными. Несмотря на тщательную маскировку своих истинных целей, оно оставалось крайне реакционным течением. И это обрекало его на политическую изоляцию не только в России, но и за рубежом.

Основное ядро армии Врангеля было эвакуировано в Турцию и размещено на Галлиопольском полуострове близ Константинополя. После перевода войск в соседние с Турцией государства в марте 1922 г. генерал Врангель заявил представителям печати о том, что "все части бывшей русской армии, рассеянные по различным странам, сохранили свою военную организацию и с нетерпением ожидают того дня, когда они могут вновь посвятить свои силы освобождению России". Эвакуированная из Крыма армия, по словам Врангеля, насчитывала 50 тыс. человек. Однако весной и летом 1922 г. врангелевские войска были повсюду разоружены. Генералу Врангелю и его штабу было сообщено, что с 1 октября 1922 г. прекращается содержание русской эмиграционной армии, остатки ее в составе около 12 тыс. человек (ядром ее был 1-й армейский корпус генерала Кутепова) должны были превратиться в обыкновенных беженцев.

Тогда-то и появилась у верхушки эмигрантской военщины идея сохранить белую армию под видом какой-то другой военной организации. Эта идея была осуществлена путем создания Российского общевоинского союза (РОВС), во главе которого встал все тот же генерал Врангель, перебравшийся в начале марта 1922 г. со своим штабом из Константинополя в Белград. В организационном смысле РОВС являлся "добровольным" объединением разнообразных воинских организаций. Формально в союз могли войти все категории военнослужащих. Но фактически РОВС был организацией контрреволюционного, монархически настроенного офицерства. Именно поэтому он стал опорой "николаевского" течения зарубежного монархизма.

Пока был жив генерал Врангель, "последний преемственный носитель российской государственной власти", монархический лагерь пытался скрыть подчинение РОВС канцелярии великого князя Николая Николаевича. Со смертью генерала Врангеля в апреле 1928 г. руководство РОВС было возложено на генерала Кутепова. РОВС стал непосредственно подчиняться великому князю. По инициативе Кутепова была организована в широких масштабах диверсионно-шпионская деятельность белогвардейского монархического офицерства против Советского Союза. Деятельность РОВС как главной монархической силы была неэффективной и продолжалась вплоть до нападения фашистской Германии на Советский Союз. Белогвардейское монархическое офицерство поступало на службу в гестапо, вошло в эсэсовские карательные отряды. Их зверства запомнились навсегда советским людям и мирному населению других европейских стран, особенно Югославии. Немало бывших монархически настроенных офицеров оказалось в антисоветских организациях послевоенного периода.

Политическая структура монархического лагеря, разрушенная Февральской революцией и Октябрьским вооруженным восстанием 1917 г., не была восстановлена в среде эмигрантов-монархистов. Действовали лишь мелкие организации, группы, союзы, объединения и общества, которые быстро возникали в большом количестве и так же быстро и бесследно исчезали. Монархисты-эмигранты, неспособные понять ход истории, мелкими склоками и интригами создавали лишь видимость политической борьбы.

Буржуазная эмиграция составляла значительную прослойку российской эмиграции и претендовала на ведущую роль в ее политической игре. Постоянно получала материальную помощь и моральную поддержку широких капиталистических кругов в различных районах земного шара. При этом следует отметить, что политическая консолидация буржуазной эмиграции проходила под знаменем кадетов. И в эмиграции осколки партии "народной свободы" пытались сохранить свою роль политического штаба контрреволюции и воссоздать свою былую организацию, но их усилия оказались безуспешными.

В Швейцарии осела группа "именитых" кадетов во главе с основателем и первым председателем партии И. И. Петрункевичем. В Лозанне провел остаток своих дней ортодоксальный кадет "златоуст" Ф. И. Родичев. Небольшая группа кадетов сплотилась вокруг трех видных в прошлом лидеров — Астрова, Юренева и князя Оболенского. Эта группа вела бесплодные споры о тактике и постепенно приближалась к своему естественному концу.

Более оформленный вид имела берлинская группа кадетов во главе с относительно молодым лидером партии "народной свободы" В. Д. Набоковым. Эта группа сложилась вокруг газеты "Руль", которая так стала называться с середины ноября 1920 г. К берлинской группе тяготела почти вся старая элита российского кадетизма независимо от ее расселения, за исключением группы П. Н. Милюкова. Это давало основание берлинской группе считать себя "партией народной свободы", а группу Милюкова —- отколовшейся от партии фракцией.

В. Д. Набоков и его единомышленники И. В. Гессен, А. И. Каминка и другие считали важнейшей своей задачей возрождение за рубежом единой кадетской партии.

В борьбе против Советской России берлинская группа пыталась использовать такую силу, как армия генерала Врангеля, претендуя на руководящую роль в процессе создания политического единства контрреволюционного лагеря. Но это ей сделать не удалось. Из всей массы кадетов за рубежом наиболее организованной и сильной оказалась "демократическая группа" Милюкова. Она имела регулярно выходивший печатный орган "Последние новости" и незаурядного руководителя. Весной 1920 г. Милюков переехал из Англии во Францию и занял пост редактора газеты "Последние новости", на котором оставался до июля 1940 г., до взятия Парижа гитлеровскими войсками. 20 лет редакция газеты пыталась создавать видимость сугубо объективного освещения фактов и событий, хотя этот орган с первой до последней строки оставался партийно-кадетским.

В апреле 1920 г. в Париже П. Н. Милюков созвал совещание зарубежных членов партии кадетов. Центральное место в работе совещания занял доклад Милюкова "О задачах кадетской партии в связи с переживаемым политическим моментом". Он призывал организовать единую кадетскую партию за рубежом для политической борьбы с Советским государством. При этом Милюков понимал, что достигнуть единства на старых принципах кадетской партии невозможно. Поэтому он предложил изменить методы и формы политической борьбы против большевизма. С этой целью Милюков предлагал перенести политическую борьбу на территорию Советского государства, где, признавая некоторые революционные завоевания и достижения, добиваться привлечения масс, правительства, рабочих и интеллигенции к политической борьбе против основ государственного строя.

Новая тактика Милюкова стала основой политической платформы организованной в 1921 г. "демократической группы". Эта программа была крайне контрреволюционной и исходила из того положения, что в скором времени падет диктатура пролетариата в России. При этом исходным постулатом "демократической группы" стало то, что после падения Советской власти в возрождающейся России не будет места прежним политическим партиям. Интересам страны будет соответствовать лишь политическая линия "демократической группы". Вместе с тем политические руководители "демократической группы" считали, что наиболее подходящей формой государственной власти, видимо, все же должны стать Советы депутатов, с которыми у масс уже связаны известные представления, как о носителях народной власти.

Однако платформа "демократической группы" не встретила сколько-нибудь широкой поддержки ни за рубежом, ни тем более в Советской России. Тем не менее Милюков и его сторонники внимательно наблюдали за процессами социалистического строительства в России, в частности, за тем, что происходило в советской деревне. Поворот середняка в сторону колхозов, массовая коллективизация подвели своеобразную черту под надеждами "демократической группы" расширить свою социальную базу за счет крестьянства.

Милюков весьма серьезно отнесся к колхозному движению. "Вы знаете, это не так просто, — заявил он однажды. — Я совсем не уверен в абсолютном неуспехе колхозов. В этой системе есть здоровые начала, особенно для России. Да и в прошлом в нашей стране, как вы знаете, были явления, весьма способствующие утверждению колхозов, во всяком случае в Великороссии" (цит. по: Мейснер Д. Миражи и действительность. М., 1966). Это заявление вовсе не означает, что Милюков принял идею коллективизации и изменил отношение к Советской стране. В нем заключалось косвенное признание того факта, что надежда на поддержку "демократической группы" крестьянскими массами иллюзорна.

В эмиграции Милюков приложил немало усилий, чтобы склонить на свою сторону эсеров. На основе новой тактики Милюкову удалось установить союз с правым крылом эсеров, с группой Н. Д. Авксентьева и А. Ф. Керенского. Контрреволюционная антисоветская платформа кадетско-эсеровского блока выявляется во время совместного выезда Милюкова и Авксентьева в ноябре 1921 г. в Соединенные Штаты Америки. В течение трех месяцев представители левого крыла кадетов и правого крыла эсеров выступали с лекциями о событиях в России, о целях и задачах "российских кругов в борьбе против большевизма".

Опасность постоянного стремления кадетов взять на себя руководство развитием сил русской демократии еще в дореволюционный период не исчезла у кадетов и в эмиграции. Поэтому в мае 1921 г. В. И. Ленин указывал, что опыт революции и Гражданской войны не прошел для буржуазии даром. Она многому научилась и прежде всего поняла роль эсеров и меньшевиков в осуществлении планов реставрации капитализма. "...Поскольку эти "социалистические" партии, эсеры и меньшевики, желают взять на себя труд борьбы с большевиками, постольку им — эсерам и меньшевикам — "честь и место". Это буквальное выражение Милюкова, показывающее, что он умнее Мартова и Чернова, по одному тому, что он представитель крупной буржуазии (хотя лично он не был так умен, как Чернов и Мартов). И Милюков прав. Он учитывает ступени политического развития совершенно трезво  и говорит, что для перехода назад к капитализму необходима ступенька — эсеровщина и меньшевизм. Буржуазии такая ступенька не нужна, а кто этого не понимает, тот глупец" (Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 43. С. 318). Разъясняя суть новой тактики и ее подлинные цели, Ленин указывал: "Милюков прав против Черновых и Мартовых, ибо выдает действительную тактику действительной белогвардейской силы, силы капиталистов и помещиков: давайте поддерживать кого угодно... какую угодно Советскую власть, лишь бы свергнуть большевиков, лишь бы осуществить передвижку власти! Все равно, вправо или влево, к меньшевикам или анархистам, лишь бы передвижку власти от большевиков; а остальное, — а остальное "мы", Милюковы, "мы", капиталисты и помещики "сами" сделаем, анархистиков, Черновых, Мартовых мы шлепками прогоним..." (Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 43. С. 239).

Республиканско-демократическое объединение кадетов — сторонников Милюкова и правых эсеров просуществовало до оккупации Франции немецко-фашистскими войсками. Это было что-то вроде просветительской эмигрантской организации, время от времени собиравшей "своих членов на различные лекции антибольшевистского характера. Объединение издавало листки и пропагандистские материалы, в которых тенденциозно изображалась советская действительность, освещались "новые явления в заграничной политической и социалистической жизни и вопросы республиканско-демократической идеологии". В 1942 г. Милюков умер, а вместе с ним сошла со сцены и партия "народной свободы".

Милюков всегда говорил, что в случае войны между фашистской Германией и Советским Союзом "эмиграция должна безоговорочно быть на стороне своей родины"; вся его деятельность и в предвоенные и в военные годы соответствовала этим заявлениям. Однако он всегда видел свою родину буржуазно-демократической республикой и защищал именно ее.

Мелкобуржуазная эмиграция за рубежом была представлена Трудовой народно-социалистической партией (энесы), Партией социалистов-революционеров (эсеры), Российской социал-демократической рабочей партией (меньшевики), мелкобуржуазными националистическими партиями.

Эсеры уже не пользовались сколько-нибудь большим влиянием в массах еще в период между Февралем и Октябрем 1917 г. Поэтому не случайно, что за рубежом оказались в основном их политические руководители. Они раньше других лидеров политических партий попытались воссоздать за рубежом свою политическую организацию. Уже в мае 1920 г. был создан Заграничный Комитет Трудовой Народно-социалистической партии. Председателем комитета стал Н. В. Чайковский, а членами исполнительного бюро — Брамсон, Ландау-Алданов и Титов. Ярый антибольшевизм был характерен для парижской, пражской и других зарубежных групп энесов, которые сложились в 1922 г.

Несколько десятков партийных функционеров правых эсеров создали за рубежом ряд партийных групп. Каждая из групп имела свой печатный орган и претендовала на руководящую роль выразительницы эсеровской идеологии. Как указано в монографии "Непролетарские партии России. Урок истории", наиболее крупными из них были группы, сложившиеся вокруг журналов "Современные записки" (Авксентьев, Буканов, Вишняк, Руднев и др.), "Воля России" (Лебедев, Сухомлин и др.) и газеты "Дни" (Керенский, Зензинов и др.). Вокруг журнала "Революционная Россия" оформилась группа Чернова, Шрейдера, Русанова и др. (см.: Непролетарские партии России. Урок истории. М., 1984. С. 547). Наиболее представительной была эсеровская группа, сложившаяся вокруг журнала "Воля России", выступавшая от имени "всей партии и ее руководящих органов".

Суть эсеровской программы заключалась в использовании "как всех положительных сторон хозяйственного развития, совершающегося в капиталистических формах, так и способности к самостоятельному хозяйственному творчеству рабочих масс, как пролетаризированных, так и непролетаризированных". Из этой экономической установки вытекала идея пресловутой "трудовой демократии".

В конце 1921 г. в Праге на эсеровской основе образовалась новая организация — "Крестьянская Россия", объявившая себя в конце 1927 г. крестьянской партией.

В 1928 г. старейший член партии социалистов-революционеров В. М. Чернов в № 65 газеты "Революционная Россия" заявил о том, что он, а также Шрейдер, Гуревич, Русанов выходят из Заграничной организации социалистов-революционеров и основывают Заграничный союз партии социалистов-революционеров. Истинная причина этого факта состояла в том, что эсеровщина и в России в годы революции и Гражданской войны, и в первые годы эмиграции настолько скомпрометировала себя антинародной деятельностью, что основатель и идеолог партии В. М. Чернов счел необходимым освободиться от тяжелого наследия и предстать перед миром в обновленном виде. Все попытки возродить за рубежом эсеровскую партию оказались безуспешными. Четыре эсеровские группы в эмиграции претендовали на ведущую роль в партии, которой в действительности не существовало. Осознание своего идейного и организационного распада привело эсеров к пониманию необходимости союза с меньшевиками.

Правый фланг меньшевизма занимала организационно отмежевавшаяся от него группа, которая сложилась вокруг издававшегося в Берлине журнала "Заря". В нее входили бывшие члены Плехановской группы "Единство" и сотрудники правоменыпевистской газеты "День", а возглавляли ее Ст. Иванович, С. Загорский, А. Байкалов и др. Активная помощь белым генералам, прямая поддержка интервентов, постоянные выступления в милюковских органах печати вызывали неприязнь официальных меньшевистских органов к "заристам". По предложению меньшевистской организации Ст. Иванович не был даже допущен к участию в Гамбургском конгрессе I Интернационала. Но такая щепетильность не носила принципиального характера. По всем основным вопросам (признание неизбежности гибели Советской власти, противопоставленное "диктатуре большевиков" "политическое равноправие") группа "Заря" выступала на платформе меньшевизма А. Н. Потресова, получившего приют в газете А. Ф. Керенского "Дни". Правые меньшевики Г. Я. Аросон, В. Я. Косовский и другие официально не входили в заграничную организацию РСДРП и по существу смыкались с левым флангом буржуазной эмиграции.

Меньшевистское большинство группировалось вокруг "Социалистического вестника", выходившего в Берлине. Это издание стало именоваться Центральным органом социал-демократической партии меньшевиков. Его основателем и главным редактором был Ю. О. Мартов. Он официально выехал из Советской России в 1921 г. по заграничному паспорту, выданному Советским правительством для участия в Галльском социал-демократическом съезде. На съезде выступил "с антисоветской речью и остался за рубежом в качестве эмигранта. В апреле 1923 г. Мартов умер, а лидерство в левой меньшевистской социал-демократической зарубежной организации перешло к Ф. Дану и Р. Абрамовичу.

В отличие от Потресова и даже Аксельрода, которые признавали за меньшевиками право использовать в борьбе против Советской власти военные средства, Мартов отрицал целесообразность восстания. Он говорил, что в таком случае вряд ли удастся отстоять "завоевания революции от контрреволюции". За этим явлением, однако, скрывалось не столько опасение разгула черносотенцев, сколько понимание, что курс на вооруженное восстание лишит меньшевиков поддержки со стороны тех рабочих, которые еще не окончательно разуверились в социал-демократизме. Поэтому, соглашаясь с Аксельродом в принципе, в признании необходимости борьбы с большевизмом, Мартов предлагал путь "давления организованных масс", иначе говоря, использования "демократии" для развала РКП(б), оформления оппозиционных элементов в большевистской партии и реставрации капитализма. "Ленивая" борьба с большевизмом, к которой призывал Мартов, была не менее опасна, чем активная борьба Потресова. Она получила полную поддержку международного оппортунизма.

С приходом к власти в Германии фашистов небольшая интеллигентски инертная и беспомощная группа "Социалистического вестника" перебазировалась в Париж, а после оккупации в 1940 г. оказалась в Нью-Йорке. Здесь произошло идейное сближение осколков правого и левого меньшевизма. Одряхлевшие столпы меньшевизма пытались как-то продолжить свою деятельность. Но для этого у них не было ни физических сил, ни понимания исторической реальности и политической перспективы.

Специфическим симптомом краха буржуазных и мелкобуржуазных партий стало так называемое "сменовеховское движение", зародившееся непосредственно после поражения контрреволюционных сил в Гражданской войне. В 1921 г. в Праге вышел сборник статей "Смена вех". Основные идеи, изложенные его авторами, нашли горячий отклик как среди зарубежной русской эмиграции, так и среди представителей тех буржуазных слоев внутри страны, которые питали определенные надежды на перерождение Советской власти.

Сменовеховство совпало с началом нэпа и в известной степени выражало взгляд и стремления "новой буржуазии", т. е. определенных слоев, состоявших из буржуазных интеллигентов, "спецов", частных предпринимателей, кулаков. В. И. Ленин, давая оценку этой идеологии, замечал: "Сменовеховцы выражают настроение тысяч и десятков тысяч... буржуев или советских служащих, участников нашей новой экономической политики" (Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 45. С. 94).

Российское "сменовеховство" имело определенные идеологические и организационные контакты с эмиграцией, внутри которой в 20-х годах начали происходить значительные изменения. Появились многочисленные "пореволюционные" партии и течения, которые считали себя никак не связанными со старыми политическими партиями кадетов, эсеров, меньшевиков и др. Состав вновь возникавших эмигрантских организаций в значительной мере формировался из молодых людей: младших офицеров, студентов, интеллигенции. Их главной идеологической установкой было признание необходимости событий, фатальное принятие факта революции и социально-политических изменений, которые она принесла с собой. В связи с этим в эмиграции усиливались и крепли идеи "возвращенчества" и "примиренчества".

Начало Второй мировой войны, нападение фашистской Германии на СССР заставили эмигрантов определить свою позицию в новых условиях. Некоторые уехали за океан или выжидали окончания войны, часть пошла на службу к немецкому фашизму, надеясь на возвращение в Россию вместе с гитлеровскими полчищами. Была серьезная группа и патриотически настроенных эмигрантов, которые приняли активное участие в антифашистской борьбе в оккупированных фашистами европейских странах.

В целом факты свидетельствуют, что политических партий как таковых в эмиграции практически не было. Ко времени Великой Отечественной войны большей части непримиримых противников советского строя — писателей, генералов, политических деятелей всевозможных направлений — от монархистов до анархистов — не осталось в живых. Их лозунги и программы умерли раньше.

Документы, мемуары и другие материалы, свидетельствующие о некоторых аспектах жизни и деятельности различных слоев эмиграции, приведены в приложении "Документы по истории России".

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 |