Имя материала: Международные финансовые рынки и международные финансовые институты

Автор: Моисеев С.Р.

1.3.    глобализация и интернационализация финансовых рынков

В финансовом сообществе уже ни у кого не вызывает сомнений тот факт, что мир все больше превращается в единый рынок. На протяжении двух последних десятилетий каждый мог наблюдать ускорение процесса глобализации финансовых рынков. Выражается это, прежде всего, в том, что международные финансовые рынки существенно расширились, а объемы сделок на валютном рынке и рынках капитала заметно возросли. Прогресс в информационных и телекоммуникационных технологиях, либерализация рынков капитала и разработка новых финансовых инструментов, безусловно, и дальше будут стимулировать рост международных потоков капитала, что ведет к расширению и повышению эффективности международных финансовых рынков.

Как это часто случается с быстро популяризирующимися терминами, определение глобализации не получило полную унификацию. Первыми о формировании глобального рынка начали говорить в Соединенных Штатах. Термин "глобализация" был предложен Т. Левиттом в 1983 году. Под этим словом он подразумевал феномен слияния рынков отдельных продуктов, производимых транснациональными корпорациями. Более широкое значение новому термину придали в Гарвардской школе бизнеса, а его главным популяризатором стал К. Омэ, который в 1990 году опубликовал книгу "Мир без границ". Как считает Омэ, состояние мировой экономики теперь определяется триадой, сформированной из Европейского Союза, Соединенных Штатов и Японии. Из-за роста глобального рынка экономический национализм отдельных государств, по его мнению, в настоящее время стал бессмысленным.

Несмотря на многочисленные попытки определиться с термином "глобализация", единое понимание этого процесса так и не было достигнуто. Под глобализацией экономики сейчас подразумевают целый ряд направлений: становление глобальных транснациональных корпораций, регионализацию экономики, интенсификацию мировой торговли, тенденции конвергенции и, наконец, финансовую глобализацию. В отечественной экономической науке тоже предпринимаются попытки разобраться с новым явлением. В частности, С. Долгов, автор книги "Глобализация экономики: новое слово или новое явление?", считает, что глобализация - «по существу, то же самое, что уже давно называлось "интернационализацией хозяйственной жизни"». По его мнению, финансовая глобализация состоит в увеличении оборотов международных рынков капитала, появлении новых финансовых инструментов и росте возможностей для инвесторов и заемщиков. В основе его описания финансовой глобализации лежит анализ роста международных рынков капитала, таким образом, речь идет фактически о финансовой интернационализации.

Однако между интернационализацией и глобализацией имеются существенные различия. Интернационализация - это развитие устойчивых экономических связей между странами. Термин "интернационализация" в значительной степени относится к ситуации, когда происходит увеличение операций на внешних рынках, в то время как "глобализация" означает все большую и большую интеграцию национальных экономик, включая финансовые рынки, что, в конечном счете, ведет к созданию единого рынка. Например, если какая-либо страна принимает решение прибегнуть к специальным мерам, защищающим внутренний рынок, то в этих условиях интернационализация еще может развиваться, а глобализация - уже нет. Таким образом, интернационализация относится к расширению международных рынков, а глобализация - к созданию общего рынка без границ.

Что же является движущей силой глобализации? В основе

глобализации            лежит  международная деятельность

транснациональных корпораций. Финансовая глобализация же стала следствием международных инвестиций транснациональных корпораций. Это утверждение не утратило свою актуальность и сейчас. В исследовании Конференции ООН по торговле и развитию, опубликованном в 1997 году, говорится: «Прямые иностранные инвестиции продолжают оставаться движущей силой процесса глобализации, характерной для современной международной экономики. Нынешний бум в сфере прямых иностранных инвестиций свидетельствует о все более важной роли, которую играют транснациональные корпорации в развитых и развивающихся странах».

Первоначально финансовые рынки обслуживали, прежде всего, реальный сектор экономики: они помогали страховать потери корпораций от валютообменного риска, финансировали краткосрочные операции и т.д. С течением времени, однако, финансовые рынки стали приобретать самостоятельное значение. Это преобразование привело к огромному количественному росту рынков и многократному увеличению возможностей извлечения прибыли от операций с финансовыми инструментами. К настоящему времени можно говорить уже о том, что на международном рынке не реальный сектор формирует финансовую сферу, а, наоборот, финансовые рынки зачастую определяют состояние реальной экономики. Действительно, когда только 10\% ежедневных валютных операций обслуживают внешнюю торговлю, основное влияние на валютный курс оказывают не фундаментальные экономические факторы, а текущая конъюнктура финансовых рынков.

Подобная ситуация не сложилась бы, если национальные власти на макроэкономическом уровне не поддерживали финансовую глобализацию.  Ведь  движение  к  общему  рынку  нуждается в постоянном стимулировании: устранении ограничений для иностранных инвестиций и международных финансовых операций. Что и происходит на протяжении последних двадцати лет и носит этот процесс название "либерализация". Благодаря проводимой многими государствами либерализационной политике национальные границы в значительной степени ослабли, и финансовые потоки хлынули в соседние страны. Именно благодаря либерализации в финансовой сфере основным признаком глобализации стало международное движение капитала.

Глобализация финансовых рынок характеризуется несколькими феноменами:

Расширение валовых потоков капитала._Валовые потоки капитала за последние десять лет существенно увеличились. Потоки капитала будут играть еще большую роль в мировой экономике, чем в настоящее время. В краткосрочном периоде подобное увеличение подвижности капиталов может стать причиной нестабильности мировой финансовой системы.

Арбитраж процентной ставки. В связи с тем, что международные потоки капитала становятся мобильнее, различие в процентных ставках на рынке должно становится все менее и менее заметным.

Синхронизация движения цен. Усиление международного движения капитала и связанное с ним повышение эффективность арбитража процентной ставки ведут к одному очень важному следствию - синхронизации движения цен активов. В теоретическом плане благодаря синхронизации цен должно происходить постепенное ослабление международной диверсификации инвестиций. Синхронизация движения цен активов может привести к синхронизации экономических циклов в странах, являющимися основными участниками международного рынка.

 

1.3.1. Государство в меняющемся мире Поведение правительств на глобальном рынке. Все описанные нами проблемы и следствия глобализации финансовых рынков касаются не столько частного сектора (хотя, безусловно, и его тоже), сколько органов, отвечающих за нормальное функционирование рыночных механизмов. Как известно, различные субъекты экономических отношений придерживаются не одинаковых стилей поведения на рынке. Частные рыночные участники в своем поведении вынуждены следовать жестким правилам и дисциплине глобального рынка, в то время как государство, играющее особую роль в экономике, чаще всего отнюдь не следует рыночным принципам. В не зависимости от того, является ли государство участником рынка или выступает в качестве стороннего арбитра, оно всегда  присутствует  на  рынке.   Эмиссия  долговых обязательств, операции на открытом рынке, управление общественными финансовыми институтами и пенсионными фондами - вот крайне неполный перечень действий, обозначающих присутствие государства на финансовом рынке. Помимо всего прочего, государство находится в самом центре экономических отношений - оно играет роль гаранта, обеспечивающего стабильность национальной финансовой системы. Именно это и является отправной точкой в дискуссии о поведении национальных правительств на глобальном рынке.

С одной стороны, глобализация дала возможность государству получить доступ на общий рынок финансовых ресурсов. В докладе секретариата UNCTAD, подготовленном к совещанию экспертов в рамках Комиссии по инвестициям, технологиям и связанном с ними финансовыми вопросами в мае 1998 года, говорится: "интеграция стран с развивающимися рынками в глобальную финансовую систему может нести существенные выгоды. Она позволит этим странам привлекать из-за границы дополнительные ресурсы для финансирования инвестиций. Она способствует развитию внутренних финансовых институтов и рынков, улучшению финансового менеджмента..."

Это, безусловно, позитивный аспект интеграционного процесса. Но с другой стороны, в условиях глобального рынка государство уже не может эффективно выполнять функции гаранта, поскольку оно может регулировать деятельность только национальных участников рынка. Государство фактически превращается в рядового участника глобального рынка, чьи обязательства (к которым можно причислить государственные ценные бумаги и валюту) котируются на рынке наряду с обязательствами частного сектора. Глобальный рынок отслеживает поведение правительств, точно так же, как он наблюдает за бухгалтерскими балансами крупнейших корпораций. Если национальное правительство демонстрирует успешные результаты своей работы, оно вознаграждается дополнительным объемом привлеченных инвестиций. Но как показывает практика, чаще всего подобные потоки капитала крайне нестабильны. Особенно это касается развивающихся стран и государств с переходной экономикой. Если инвесторы посчитают, что национальное правительство допустило уже достаточное количество ошибок, то капитал уходит из страны не меньшими темпами, чем приходил. В том же докладе UNCTAD далее говориться: "Однако как показывает недавний опыт развивающихся стран, стремительная интеграция в глобальные финансовые рынки несет с собой риски финансовых кризисов". У всех еще свежи в памяти примеры валютного кризиса в Мексике 1994 года и в странах Юго-Восточной Азии в 1997-98 годах.

Центральный банк в новой экономической среде Другим не менее важным государственным институтом, которого затрагивает глобализация, является центральный банк. Ведь это его политика определяет состояние внутреннего финансового рынка. В национальных экономиках центральным банкам вменяется в обязанность решение целого ряда разнообразных задач. Это может быть и обеспечение устойчивого экономического рост, и поддержание оптимальной окружающей экономической среды, но чаще всего -сохранение внешней и внутренней стабильности национальной денежной единицы. Чтобы выполнить данный ему наказ, центральный банк придерживается определенной денежно-кредитной политики, отслеживает состояние расчетных и платежных систем и стремиться предотвратить системные риски, выступая в качестве кредитора последней инстанции. В конечном счете, центральный банк глубоко вовлечен в процесс надзора за частными финансовыми учреждениями. Эти основные обязанности центрального банка остались неизменными и с наступлением эры финансовой глобализации.

Однако, с образованием глобального рынка, экономическая среда, в которой действовали центральные банки, заметно поменяла свою структуру. Деятельность финансовых учреждений, с которыми имеют дело центральные банки, приобрела глобальный, общемировой характер, в то время как центральные банки остались институтами внутреннего рынка. Еще в 1969 году нобелевский лауреат по экономике Джон Р. Хикс, обратил внимание на появление этого дуализма: «Только в национальной экономике, являющейся в значительной степени обособленной, национальный центральный банк может быть настоящим центральным банком; с развитием мирового рынка и (особенно) международных финансовых рынков национальные центральные банки сдвигаются вниз в иерархии, становясь простыми банками в мировой системе без приставки "центральный". Таким образом, проблема, которая была решена (частично) учреждением национальных центральных банков, вновь дала о себе знать. Она остается все еще не решенной (несмотря на наши попытки ее разрешить) на мировом уровне...».

Для того чтобы продолжать эффективно выполнять свои задачи, центральные банки должны найти новые практически приемы работы, соответствующие глобальному рынку. Эти изменения в поведении центральных банков можно заметить уже сейчас. В ответ на глобализацию, центральные банки все чаще стали вносить коррективы в денежно-кредитную политику, надзор за финансовыми учреждениями и регулирование банковских операций, руководствуясь изменениями на международном рынке. Благодаря предпринимаемым центральными банками усилиям, общество стало больше внимания уделять их политике, что выразилось, например, в усилении независимости центральных банков во многих странах. Однако, проблема, касающаяся роли центрального банка в достижении стабильности финансовой системы в условиях глобального рынка, так и осталась неразрешенной. Финансовое сообщество еще не подошло к той стадии, которая позволила бы сформировать новое понимание глобального рыночного механизма.

Если рассматривать в этом контексте валютную политику, по всей видимости, можно говорить, что на сегодня существуют две основные модели построения мировой валютной системы: гегемония и многополюсный мир. После развала Бреттон-Вудской системы международное сообщество пришло к пониманию необходимости создания безусловного платежного средства, выступающего в качестве полноценных мировых денег. Первоначально предполагалось, что SDR и МВФ встанут в центре мировой валютной системы. Однако МВФ не сумел оправдать возлагавшиеся на него надежды. Господство в валютной сфере так и осталось за долларом США. Тем не менее, это господство не постоянно: природа валютной гегемонии такова, что центры системы периодически смещаются в силу неравномерности экономического развития. И ближайшим конкурентом доллару при всех своих недостатках является единая европейская валюта.

На сегодня все более тревожнее звучат вопросы: может ли ФРС выступать в роли международного кредитора последней инстанции, а доллар в качестве мировой валюты, когда США обладают не самым идеальным платежным балансом и государственным долгом, а международные рынки безостановочно сотрясают кризисы? Если да, то нет никаких оснований для опасений по поводу стабильности глобальной финансовой системы. Однако следует учесть одно важное обстоятельство - роль лидера не проходит бесследно. Эмитент резервной валюты должен брать на себя ряд обязательств по поддержанию равномерного развития мирового рынка и иногда осуществлять крупные трансферты для покрытия диспропорций в развитии. То есть для сохранения лидирующего положения он должен уметь отказываться от своих преимуществ. А этого Соединенные Штаты делать как раз не собираются. Свидетельством тому выступает процесс долларизации Латинской Америки.

Уже неоднократно Аргентина, Сальвадор и Коста-Рика высказывали свое пожелание перейти на доллар в качестве своей национальной валюты. В начале 1999 года заместитель секретаря Казначейства США Лоуренс Саммерс заявил, что страна, претендующая на использование доллара США, должна быть готова к ограничению свободы проведения собственной денежно-кредитной политики, в частности, в отношении процентных ставок. Власти США не намерены ни брать на себя ответственность по надзору за банками этих стран, ни предоставлять этим банкам стабилизационные кредиты. Вашингтон оставляет за собой исключительное право в разработке денежно-кредитной политики, причем США не собираются принимать во внимание экономические нужды других стран и не намерены предоставлять указанным странам даже право совещательного голоса в этих вопросах.

Другим вариантом построения международной валютной системы является многополюсный мир. Когда существует несколько "центров силы", ведущие промышленные страны должны четко координировать свои действия, проводимые в рамках национальной денежно-кредитной политики. Если говорить о валютной политике, одной из моделей взаимодействия денежных властей может быть введение "целевых зон" (target zones). В рамках механизма целевых зон устанавливается диапазон колебаний курсов ведущих резервных валют. Проект введения целевых зон между долларом, маркой и иеной обсуждается еще со времен Бреттон-Вудской системы, но до сих пор он так и не нашел своего реального воплощения. После того, как международные финансовые рынки стали сотрясаться под воздействием Азиатского кризиса, проект целевых зон вновь стал крайне актуальным.

Например, в Европе полагали, что к середине 1999 г. в мире сформируется новая финансовая система, в основе которой будет лежать механизм целевых зон. В январе 1999 г. японский и немецкий министры финансов предложили США организовать взаимную привязку курсов доллара, евро и иены. Однако министр финансов США Роберт Рубин и глава ФРС Алан Гринспен не только не отвергли это предложение, но и в целом высказались против введения ограничений на колебание американской валюты. По их мнению, подобные меры могут парализовать независимую денежно-кредитную политику США, направленную на борьбу с инфляцией и безработицей.

Поведение Соединенных Штатов вполне объяснимо, ведь если США согласятся на целевые зоны, это означает отказ от роли мирового лидера и раздел преимуществ, которые несет статус эмитента ключевой резервной валюты, между тремя равноправными центрами. Пока же США выгодно сохранять текущую ситуацию неопределенности, когда, несмотря на глобальные изменения финансовой системы и нарастающие периодические кризисы, они продолжают удерживать мировое лидерство.

Подобные провалы в создании новой финансовой системы, которая устроила бы основных участников международного рынка, постепенно приводят к тому, что все больше число стран стремятся оградить себя от общего рынка, но при этом сохранить преимущества международной интеграции. Свидетельством этого выступает процесс, получивший название "регионализация" (regionalization). Параллельно с глобализацией в мире наблюдается экономическая интеграция множества государств по региональному признаку: АСЕАН, МЕРКОСУР и т.д. Наиболее типичный пример -Европейский Валютный Союз, в рамках которого происходит расширение валютной зоны, говорящее о том, что региональное экономическое пространство вышло за рамки государственных границ. По данным ГАТТ/ВТО к середине 1990-х гг. в мире насчитывалось более 30 интеграционных группировок различного типа (зоны свободной торговли, таможенные союзы, экономические союзы и т.д.). Регионализация отражает более глубокую интеграцию и связь реальной и финансовой сторон экономики по сравнению с глобализацией. Она, с одной стороны, стимулирует процессы экономической интеграции на местном уровне, но с другой стороны, усиливает обособленность отдельных экономических группировок. По всей видимости, регионализация будет развиваться параллельно с глобализацией, которая позволит соединить расширяющиеся региональные экономические зоны.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 |