Имя материала: История России

Автор: Радугин Алексей Алексеевич

1.                                                                                                       первые попытки либерализации советского общества: хрущевское десятилетие (1955—1964 гг.)

 

В середине XX столетия человечество вступило в длительную историческую полосу научно-технической революции (НТР). Это означало коренное, качественное преобразование производительных сил на основе превращения науки в ведущий фактор развития общественного производства, непосредственную производительную силу. С тех пор все в мире стало зависеть от того, как развита наука и как используются ее достижения. Это касается безопасности и благосостояния, конкурентоспособности продукции, здоровья и образованности и т. п.

Возникла НТР под влиянием крупнейших научных и технических открытий, возросшего взаимодействия науки с техникой и производством. Главными ее направлениями стали комплексная автоматизация производства, контроля и управления на основе широкого применения ЭВМ, открытие и использование новых видов энергии, создание и применение новых видов конструкционных материалов.

Первоначально Советский Союз продемонстрировал особую восприимчивость к достижениям научно-технического прогресса. Централизованное руководство временно оказало положительное воздействие. Немалое значение имели трудовой энтузиазм масс, их самопожертвование. Еще в середине 30-х гг., в преддверии НТР, в СССР уже обсуждались проблемы автоматизации. В 1939 г. XVIII съезд ВКП (б) принял .решение о развитии автоматизированного производства. В 1939—1940 гг. на Сталинградском тракторном заводе была создана первая автоматическая линия. Затем последовал пуск ряда других автоматических линий на различных заводах, а в 1949—1950 гг. вступил в строй завод-автомат в г. Ульяновске.

В США к разработке автоматических линий приступили только в конце                  40-х гг., а сами они появились и стали давать продукцию лишь в 1954 г. Естественно, это не является основанием для утверждения, что научно-техническая революция была импортирована из СССР в США. Более того, целый ряд технических средств, характеризующих основные направления НТР, появились в США раньше, чем в СССР. И тем не менее научно-технический прогресс быстро набирал темпы в СССР. Однако это вовсе не свидетельствовало о том, что производительные силы социализма потенциально оказались восприимчивы для самого широкого внедрения достижений науки и техники, как считалось многие годы. Просто имела определенный эффект система жесткого централизованного руководства экономикой. Производственные же отношения не создавали условий для НТП, не стимулировали его ускорения. Наоборот, они явились тормозом на пути успешного освоения научно-технических достижений. Все это стало остро ощущаться уже в начале 50-х гг., когда командно-административные методы управления НТП себя исчерпали и стало явно проявляться несоответствие производственных отношений уровню развития производительных сил. Предпринимаемые меры на протяжении многих лет по совершенствованию первых не привели к положительным результатам, что вызвало серьезное отставание в научно-технической сфере. Созданная модель социализма, ориентированная на силовое давление, устраняла действие объективных экономических законов, отторгала экономические стимулы. И фактически была потеряна возможность осуществить прорыв в ведущих направлениях НТР.

На фоне нашего неудавшегося опыта показательно выглядит научно-техническая политика передовых индустриальных стран, которая впитала в себя все лучшее, созданное в мире. В ней отчасти были использованы свойственные социализму методы хозяйствования. Такие, как элементы планирования, вмешательство государства в дела монополий и т. д.

Однако решающее воздействие на прогресс науки и техники в современном капиталистическом обществе оказали другие факторы. Среди них особое место занимает резко обострившаяся конкурентная борьба между монополиями внутри страны, между государствами на международных внешних рынках за обладание монопольными сверхприбылями, за контроль над территориями, богатыми сырьем.

В итоге, не миру социализма, а миру капитализма удалось в максимальной степени использовать результаты НТР и обеспечить подъем экономики. Последовавший вслед за этим скачок в росте производительности труда обеспечил монопольно-высокие прибыли, позволил выйти победителем в жестокой конкурентной борьбе монополистическим гигантам и одновременно привел к созданию изобилия материальных благ и услуг, способствовал в целом повышению жизненного уровня населения ведущих капиталистических стран.

Негативные результаты научно-технической политики в СССР в 60—80-е гг. не означают, что политическое руководство страны в этот период не искало ответы на вопрос о путях народнохозяйственного развития в условиях разворачивавшейся научно-технической революции. Определенное значение для упрочения союза науки, техники и производства имели постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об улучшении дела изучения и внедрения в народное хозяйство опыта и достижений передовой отечественной и зарубежной науки и техники» (195 5 г.), решения июльского (1955 г.) Пленума ЦК КПСС, XX и                    XXI съездов партии. В них впервые были определены качественно новые задачи развития советской науки, намечены конкретные мероприятия по повышению научно-технического уровня производства в основных отраслях промышленности, подчеркнуто особое значение механизации и автоматизации, отмечена огромная роль повышения квалификации рабочих, колхозников, специалистов всех сфер производства как решающего фактора обеспечения наиболее эффективного использования новой техники. Непрерывный научно-технический прогресс, подчеркивалось на XX съезде КПСС, является «решающим условием дальнейшего роста всего промышленного производства».

Программа КПСС, принятая ХХП съездом КПСС, подтвердила вывод предшествующих партийных документов о вступлении человечества в эпоху научно-технической революции и выделила ряд направлений НТП, поставив их в центр внимания единой общегосударственной научно-технической политики. Ими стали: полная электрификация страны, комплексная механизация основных и вспомогательных работ с дальнейшим переходом к автоматизации производственных процессов, широкое применение химии в народном хозяйстве, внедрение счетно-решающей техники и т. д. В специальном разделе Программы, посвященном задачам партии в области науки, подчеркивалось, что научные учреждения должны строить и контролировать свои исследования по наиболее важным вопросам в соответствии с планами развития народного хозяйства.

Важное значение в научно-технической политике имеет правильное и своевременное определение приоритетных направлений НТП. Умение видеть и должным образом учитывать на первых порах некоторые ведущие тенденции развития науки и техники явилось одним из основных факторов, позволивших нашей стране выйти по многим показателям на передовые рубежи мирового научно-технического прогресса. Начало эксплуатации первого в мире советского турбореактивного пассажирского самолета «ТУ-104» и запуск первого искусственного спутника Земли, спуск на воду атомного ледокола «Ленин» и полет советского гражданина Ю.А. Гагарина в космос, ввод в эксплуатацию первого в мире агрегата для непрерывной разливки стали и появление лазерных установок — эти и многие другие факты убедительно свидетельствовали о глубинном влиянии науки на создание новой техники, технологии в целом ряде отраслей народного хозяйства. Вместе с тем, накопленный опыт свидетельствует, сколь пагубные последствия может иметь недооценка тех или иных прогрессивных направлений, как это было в свое время с генетикой, кибернетикой. Особенно большой ущерб нанесли субъективизм и волюнтаризм руководителей страны в выборе приоритетов научно-технической политики. И наконец, не были учтены масштабы страны, разная степень развития производительных сил на всем ее пространстве. Второстепенными считались вопросы, связанные с культурой производства, с уровнем образования и квалификации кадров.

Возрастающее значение научно-технического прогресса диктовало необходимость демократизации общества, что способствовало бы пробуждению инициативных, созидательных сил. Новые потребности возникли и в сфере внешней политики. Научно-техническая революция не знает границ, это планетарное явление. И эффективность использования ее результатов во многом зависела от включенности той или иной страны в общемировые процессы обмена информацией, технологиями, научными открытиями. Особенность нашей страны стала серьезным препятствием в деле ускорения темпов научно-технического прогресса. Лозунг «опоры на собственные силы» терял свою актуальность. Нужно было искать пути к установлению широких контактов с Западом. Таково было веление времени. Отвечая на него, политическое руководство страны, возглавляемое с 1955 г. Н.С. Хрущевым, в первую очередь предприняло меры по оздоровлению партийной и государственной жизни. Партийные органы освобождались от наиболее одиозных фигур, не способных работать в новых условиях. Стали регулярно созываться пленумы партийных комитетов всех уровней. Большое значение придавалось улучшению работы государственного аппарата, было произведено сокращение численности штата административно-управленческих структур.

Огромное значение придавалось восстановлению законности и правопорядка. Были пересмотрены дела тех, кто был репрессирован в результате политических процессов в послевоенное время. Из тюрем и лагерей стали возвращаться десятки тысяч людей. В феврале 1956 г. на XX съезде партии                Н.С. Хрущев выступил с докладом по разоблачению сталинизма. Вслед за этим предпринимаются новые шаги по демократизации политической системы. Расширялись права Советов всех уровней в решении хозяйственных и социальных проблем. Большие, чем прежде, права получили союзные республики. Увеличивались права общественных организаций, в частности профсоюзов.

Нанеся удар по сталинизму на XX съезде партии, Хрущев вернулся к этой проблеме на XXII съезде КПСС. Критика Сталина на нем прозвучала открыто на всю страну.

Усилиями Хрущева СССР был избавлен от крайностей сталинизма, но не стал на путь глубоких демократических преобразований. Политическая жизнь государства несла на себе печать влияния традиций сталинизма. Высшее политическое руководство страны, его деятельность оставались вне сферы публичной критики. Институты, через которые могла осуществляться такая критика, не были созданы. Важные политические решения принимались в узком кругу партийных и государственных руководителей, а нередко и единолично самим Хрущевым. Поэтому не случайно реформы 50-х—начала 60-х гг. несли на себе печать этой по-своему яркой, противоречивой личности. Выступая инициатором многочисленных начинаний в области экономики, управления государством, Хрущев привнес в эту деятельность свойственные ему импульсивность, непродуманность, поспешность, что и дало впоследствии основание для обвинений его в волюнтаризме и субъективизме.

Не оправдала себя перестройка управления народным хозяйством, при которой отраслевые министерства ликвидировались, а организационной формой управления становились советы народного хозяйства экономических районов (совнархозы). Разумные решения в аграрной политике нередко проводились в такой форме, что выхолащивалось все позитивное содержание мер, направленных на подъем сельского хозяйства страны. Это и освоение целины, и повсеместное распространение кукурузы, призванной стать основной кормовой культурой, и популяризация опыта передовиков, в числе которых был печально известный                Т.Д. Лысенко, и кампания по преобразованию колхозов в совхозы и многое другое.

Сложными были отношения Хрущева с интеллигенцией. Понимая ее огромную роль в обществе, в котором развивались процессы, порожденные НТР, он тем не менее не смог преодолеть традиции сталинизма, которым было присуще недоверчивое отношение к интеллигенции. И поэтому, с одной стороны, началось оживление культурной жизни, названное современниками «оттепелью». Появились высокохудожественные литературные произведения, в которых ставились острые вопросы общественной жизни. Среди них роман В.Д. Дудинцева «Не хлебом единым», поэма А.Т. Твардовского «Теркин на том свете», повесть А.И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича» и др. С другой стороны, продолжалось давление на творческую интеллигенцию, которое особенно проявилось в ходе кампании 1958 г. против Б.Л. Пастернака, критики Хрущевым абстракционистов и формалистов во время осмотра выставки московских художников в 1962 г.

В результате процессы, разворачивавшиеся в духовной сфере общества, несли на себе печать половинчатости, нерешительности, опасения, что чрезмерная демократизация приведет к непредсказуемым последствиям для общественно-политической системы, сложившейся в стране.

Внешняя политика в хрущевское десятилетие была не менее противоречивой. Она во многом определялась изменениями, происшедшими в мире после второй мировой войны, в балансе сил между Востоком и Западом. Если до войны существовал полицентристский баланс, то после поражения фашизма он был разрушен и возникла своеобразная двухполюсная система, в которой главную роль играли СССР и США. Все проблемы человечества рассматривались советским руководством исключительно через призму исторического противоборства двух мировых систем. И хотя в содержание этой парадигмы вносились изменения, они не меняли ее сущности. На XX съезде КПСС были сделаны выводы о возможности предотвращения мировой войны, о мирном сосуществовании двух противоположных систем, о путях перехода к социализму, допускавшие отход от абсолютизации нашего опыта. Но оставалась незыблемой вера в скорейшее торжество социализма над миром капитала.

Устойчивость такому типу мышления придали события, развернувшиеся в мире в конце 50-х — начале 60-х гг. Распад мировой колониальной системы дал основание для вывода о начале третьего этапа общего кризиса капитализма. Многочисленные государства, возникшие на месте бывших колоний, оказались в ситуации выбора путей развития. Политическое руководство страны полагало, что, оказывая поддержку этим государствам, можно расширить плацдарм социализма. Немало энтузиазма вызвала победа кубинской революции.

При этом как бы не замечалось, что после разоблачения культа личности Сталина престиж Советского Союза был подорван. Он перестал рассматриваться как носитель абсолютной истины в вопросах создания нового общества. Об этом свидетельствовали конфликты с Союзом коммунистов Югославии, Китаем и КПК.

Развитие событий не раз ставило СССР в ситуацию острой конфронтации с США. Так было в 1956 г. во время венгерских событий и Суэцкого кризиса. Вершиной этой конфронтации стал Карибский кризис 1962 г. Мир оказался на волоске от ядерного конфликта. Великие державы подошли к краю пропасти, но сумели вовремя остановиться. В 1963 г. СССР и США поставили свои подписи под договором о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, под водой и в космосе. Был сделан первый шаг на долгом пути к запрещению атомного оружия.

И все же атмосфера непреодоленной «холодной войны», недоверие к политике США и их союзников побуждали руководство принимать меры по наращиванию оборонного потенциала страны. Достижение военного паритета с США оставалось одной из глобальных целей государственной политики, потребовавшей огромных экономических и политических усилий.

В десятилетие Хрущева разрушить «железный занавес» не удалось. Традиция конфронтации с противоположной системой сохранилась. Она оборачивалась тяжким бременем гонки вооружений, изоляционизмом, обрекавшим страну на отставание от Запада, на слишком медленные сдвиги в сфере социальной политики, что не позволяло эффективно решать проблемы повышения уровня и качества жизни советских людей.

И тем не менее, несмотря на многие трудности, производительные силы страны выходили на новый уровень развития, рождавший потребность в широком использовании достижений НТР, в децентрализации экономических отношений, расширении прав предприятий, в использовании по преимуществу экономических методов в управлении народным хозяйством.

Казалось, экономическая политика 50-х—первой половины 60-х гг. учитывала эти потребности. Научные достижения в некоторых отраслях были впечатляющими. Атомная энергетика, ракетостроение, освоение космического пространства принесли заслуженное признание советской науке и технике.

Однако попытки, опираясь на командно-административные методы, широко внедрить достижения НТР в сферу производства оказались малоэффективными. Низкая результативность этих методов проявилась уже в конце 50-х гг. Так, в             1958 г. из запланированных 5 353 мероприятий по внедрению новой техники было реализовано лишь 53\%, из 503 новых образцов промышленной продукции было освоено только 57\%. Не была приостановлена тенденция к падению роста производительности труда. Если в 1952—1956 гг. он составлял 7,7\% в год, то в 1957—1964 гг. — только 5,5\%. Доля народнохозяйственного эффекта от внедрения достижений науки и техники в национальном доходе упала с 12,1\% в 1950—1960 гг. до 7,4\% в 1961— 1965 гг.; темпы роста национального дохода снизились с 11,3\% среднегодового прироста в 1951—1955 гг. до 6,5\% в 1961—1965 гг.

Весь последующий опыт развития страны в 60—70-е гг. показал, что преодолеть тенденцию к запаздывающему развитию в сфере научно-технического прогресса, обозначившуюся в конце 50-х гг., на основе командных методов было невозможно. Сложившаяся в народном хозяйстве система экономических отношений оказалась невосприимчивой к достижениям научно-технического прогресса, а попытки решать данную проблему в рамках чрезмерно централизованной системы продемонстрировали свою бесплодность.

В 1962—1964 гг. условия жизни населения страны ухудшились, что выразилось в повышении цен на продукты питания, росте налогов, ограничении размеров приусадебных участков у колхозников. Однако любые проявления социального недовольства сурово преследовались. В 1962 г. войска расстреляли демонстрацию рабочих в Новочеркасске. В духовной сфере вновь восстанавливался жесткий контроль со стороны политического руководства страны.

Устав от изобретательных, но далеко не всегда удачных попыток Хрущева создать процветающую державу, страна с пониманием отнеслась к стремлению нового руководства, пришедшего на его смену в октябре 1964 г., обеспечить стабильность и порядок, не догадываясь о том, что еще через десятилетие наступит полоса штиля и успокоенности и советское общество медленно втянется в состояние застоя.

Многие годы после октябрьского (1964 г.) Пленума ЦК КПСС в оценках деятельности Хрущева доминировали обвинения в субъективизме и волюнтаризме. В 80-е гг. после того, как был снят негласный запрет с темы, связанной с опальным политиком, появились публикации, рассматривающие деятельность Хрущева как попытку неудавшегося поворота, который в случае успеха мог бы ускорить прогресс советского общества. Однако подобная точка зрения не бесспорна, так как поиск путей обновления общества в те годы на выходил за пределы сложившихся стереотипов мышления, не затрагивал основ исторически сложившейся социально-экономической и политической системы.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 |