Имя материала: Конфликтология

Автор: Дмитриев Анатолий Васильевич

§ 4. cтолкновение цивилизаций и границы

 

Обсуждение проблем границ в России, впрочем как и в различных частях земного шара, оставляет в стороне макропричины многих этнических конфликтов. Войны на территории бывшего Советского Союза, Югославии, Кипра, Алжира, Ближнего и Среднего Востока положили конец довольно примитивным представлениям о том, что мир входит в эру порядка, сотрудничества и процветания1. В последние годы телезрители во всех странах мира ежедневно могут видеть репортажи об этнических конфликтах, когда арабы убивают арабов и израильтян, израильтяне - арабов, сербы - албанцев, албанцы - сербов, хорваты - сербов, сербы - хорватов, абхазы - грузин, грузины - абхазов, чеченцы - русских, русские - чеченцев и т.д. «Этнические чистки» становятся обычным явлением не только для их участников, но и для сторонних наблюдателей. Стало очевидным, что биполярный мир сменился «новым мировым беспорядком», давно уже рационализированным так называемыми теоретиками «хаоса», считающими его неизбежным и нормальным состоянием2.

Разумеется, более глубокий анализ мировых столкновений (конфликт цивилизаций) требует особого внимания. Заметим, в частности, что нынешний конфликт на Балканах одними теоретиками рассматривался в качестве конфликта либо между так называемой средиземноморской и атлантической цивилизациями, где последняя поглощает      первую         (В. Штамбук)1,       либо между западной и

исламской цивилизациями, где конфликт «в самом разгаре» (С. Хантингтон). Что касается границ государств, находящихся на так называемом шве цивилизационных разломов (Алжир, Марокко, Израиль, Турция. Балканские страны, Украина (Крым), Россия (Кавказ), Казахстан и др.), то им явно угрожает пересмотр. Приближение НАТО путем включения стран Центральной и Восточной Европы к границам России можно трактовать как экспансию западной (точнее атлантической и западноевропейской) цивилизации в страны СНГ. Сам Хантингтон следующим образом разъясняет свою позицию:

 

Отнюдь не утверждается, что цивилизационная идентичность заменит все другие формы идентичности, что нации-государства исчезнут, каждая цивилизация станет политически единой и целостной, а конфликты и борьба между различными группами внутри цивилизаций прекратятся. Выдвигается гипотеза о том, что 1) противоречия между цивилизациями важны и реальны; 2) цивилизационное самосознание возрастает; 3) конфликт между цивилизациями придет на смену идеологическим и другим формам конфликтов в качестве преобладающей формы глобального конфликта; 4) международные отношения, исторически являющиеся игрой в рамках западной цивилизации, будут все больше девестернизироваться и превращаться в игру, где незападные цивилизации станут выступать не как пассивные объекты, а как активные действующие лица; 5) эффективные международные институты в области политики, экономики и безопасности будут складываться скорее внутри цивилизаций, чем между ними; 6) конфликты между группами, относящимися к разным цивилизациям, будут более частыми, затяжными и кровопролитными, чем конфликты внутри одной цивилизации; 7) вооруженные конфликты между группами, принадлежащими к разным цивилизациям, станут наиболее вероятным и опасным источником напряженности, потенциальным источником мировых войн; 8) главными осями международной политики станут отношения между Западом и остальным миром; 9) политические элиты некоторых расколотых незападных стран постараются включить их в число западных, но в большинстве случаев им придется столкнуться с серьезными препятствиями; 10) в ближайшем будущем основным очагом конфликтов будут взаимоотношения между Западом и рядом исламско-конфуцианских стран1.

 

В последние годы в международной политике определенные силы стали широко использовать «исламский фактор» в спекулятивных целях. Еще во времена блокового противостояния наметилась тенденция к формированию антиисламского имиджа Советского Союза. Трагические события в Чечне и Афганистане истолковываются рядом влиятельных политических партий отдельных государств таким образом, чтобы представить Россию в качестве главного врага исламского мира. В то же время некоторые страны Ближнего и Среднего Востока практически поощряют гражданские войны на территории России и других стран СНГ, оказывая финансовую поддержку ряду исламских движений экстремистского толка.

В создавшихся условиях пересмотр границ России представляется весьма вероятным. Давление соседних государств (Китай, Япония - азиатская цивилизация; страны - члены НАТО - западная цивилизация; Турция, Пакистан, Азербайджан, Афганистан-исламская цивилизация), внутренняя слабость России угрожают территориальной целостности страны, чреваты жесткими конфликтами.

Вопрос о границах, таким образом, был и по-прежнему остается одним из принципов несвободы или свободы нации. Тезис о том, что границы ограничивают личную свободу в цивилизационном аспекте, по-видимому, будет справедлив лишь в отдаленном будущем. В современном мире, однако, подвергается сомнению и обычное для политических актеров твердое убеждение, что только государственная граница обеспечивает национальную безопасность, ограничивая угрозу извне. Этот стереотип становится наиболее заметным в требованиях консервативных сил особенно в период нестабильности.

В западной политологии высказываются и иные точки зрения. Их особенность заключается в предложениях использовать опыт западноевропейских государств по смягчению требований по изменению границ. Различая границы внутри промышленно развитых стран (ПРС) и границы внутри развивающихся стран (PC), исследователи тем не менее предлагают модели ПРС в области разграничения между государствами на PC независимо от их истории, религии, национальных традиций. Здесь явно доминирует идея, по которой мир движется в одном направлении к унификации и универсализму в экономике, которые, естественно, ведут к демократии и к более высокому уровню жизни.

Однако события 90-х гг. значительно обесценили эти воззрения и идея глобализации была дополнена дуалистической концепцией, в соответствии с которой промышленно развитые и развивающиеся страны разделяют глубокие противоречия. Если первые характеризуются развитой экономикой, сходной демографической структурой, приверженностью идеям демократии, традиционным уважением к закону, значительной интеграцией в сферу мировой торговли и т.д., то вторые (страны Юга), где существуют лишь отдельные островки процветания (Тайвань, Таиланд и др.), соседствуют с ужасающей нищетой. Это порождает устремление ряда богатых стран не к объединению, а к отделению от Юга, которое проявляется, например, в форме усиливающихся требований о закрытии границ, ограничении миграции из Африки, Азии и Латинской Америки.

Нынешняя политика ведущих западных стран характеризуется их растущей незаинтересованностью в развитии тесных связей с PC и одновременно селективной поддержкой некоторых регионов развивающегося мира. В результате целые регионы снова превращаются в «терра инкогнита», и только в тех случаях, когда происходящие там трагедии становятся непереносимыми, там проводятся гуманитарные акции, как правило, чтобы успокоить общественное мнение своих стран, а не для решения долгосрочных проблем развития этих забытых регионов. В основном уделяется внимание странам, расположенным в непосредственной близости, как своего рода «буферу», отделяющему их от других PC. Такие страны поддерживаются экономически либо включаются в свои региональные блоки. Эти «буферные» государства объявляют зонами своих стратегических интересов, не останавливаясь при необходимости и перед применением военной силы. Столь же внимательно следят ПРС и за соблюдением своих интересов в странах, богатых природными ресурсами, куда они вкладывают капиталы. В качестве примера можно привести факты проникновения американского и западноевропейского капитала в Азербайджан, Грузию, Казахстан и другие страны СНГ.

Подобная политика считается опасной и иллюзорной, она способствует формированию настоящего «всемирного апартеида», который не может существовать вечно, и, кроме того, означает отказ от поддержки тех, кто пытается модернизировать (иногда успешно) свою страну и бороться против местных сил тоталитаризма.

 

Г  л о б а л и з а ц и я

 

Все это происходит в условиях проявления и развития новой формы взаимозависимости - глобализации, т.е. процесса развития и интенсификации международных экономических отношений, связанного с быстрым ростом объемов зарубежных прямых инвестиций и увеличением численности межфирменных альянсов. При этом конкуренция стала разворачиваться на рынке, приобретающем планетарные масштабы. Предприятия организуют свою деятельность невзирая на национальные границы, используя ресурсы и потенциал рынков в мировом масштабе.

Процессы глобализации вовсе не замещают предыдущие формы интернационализации, а интегрируют их. Глобализация - синоним взаимопроникновения и слияния экономик под совместным давлением все более острой конкуренции и ускоряющегося технического прогресса. Она также синоним стирания некоторых границ, хотя при этом возникают новые демаркационные линии вокруг региональных объединений и внутри самих развитых стран, которые могут создать серьезный риск существенного сокращения ожидаемых от глобализации выгод.

Заметно, что процесс глобализации внутри этих стран порождает новые формы границ, которые можно назвать условно «линиями внутренних разломов». Это объясняется тем, что процесс глобализации по-разному затрагивает отдельные отрасли национальной экономики, регионы страны и слои населения. Например, в наибольшей степени он затрагивает такие отрасли промышленности, как электроника, информатика, производство автомобильных компонентов, а также банковский сектор. Крупные предприятия, имеющие опыт осуществления международных операций, обладают гораздо большими шансами в использовании результатов глобализации по сравнению с малыми и средними предприятиями. В этом отношении значительная роль могла бы принадлежать государству, которое призвано облегчить доступ малым и средним предприятиям к возможностям мирового рынка.

В этой связи предлагается усилить ответственность государства в проведении соответствующей социальной политики, чтобы разделить с предприятиями расходы по повышению уровня квалификации рабочей силы и уменьшить социальные издержки приспособления национальной экономики к условиям глобализации. В условиях глобализации многие проблемы выходят за пределы национальных границ (например, борьба с преступностью, охрана окружающей среды) и потому должны учитываться при проведении любых переговоров и разработке всех направлений национальной экономической политики - налоговой, промышленной, сельскохозяйственной и т.д. Поскольку конец XX в. характерен усилением взаимозависимости, внешние границы «малой Европы» неизбежно будут открываться, что сопряжено с определенным риском. Этот риск в первую очередь связан с тем, что новые партнеры могут и не разделять политические ценности и экономические концепции Западной Европы.

И все же границы в отдельных регионах планеты становятся не линиями раздела, а скорее мостами между государствами, этносами и вообще группами. Именно поэтому понятие государственной границы пересматривается и лишь воображение читателя позволит заглянуть в ее будущее.

 

Страница: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 |