Акмеология

Такое понимание субъекта воинского труда входит в противоречие со сложившейся парадигмой, согласно которой любой военнослужащий рассматривается в качестве исполнителя почетной обязанности по защите Отечества. Военнослужащий не только реально, но и модельно представляется некоторым бессубъектным исполнителем социальной роли, который со своими личностными "параметрами" включен в систему воинской деятельности. Следовательно, требуется аргументированное выдвижение нового видения данной проблемы.

Нам представляется, что с теоретической категорией субъекта связано появление некоторого континуума, шкалы, пространства, образованного двумя, а не одним полюсами — от реального, часто совершенно неоптимального до идеального, оптимального способа организации. Активность субъекта, целенаправленный характер которой представляет деятельность, в том числе военно-профессиональная, являющаяся главной стороной воинского труда, развертывается именно в этом пространстве — от наличного, реального (или, скажем, совершенно деструктивного) способа организации к идеальному, оптимальному. Военнослужащий, став субъектом, постоянно решает задачу совершенствования, и в этом его человеческая специфика и постоянно возобновляющаяся задача.

Как отмечает К.А.Абульханова, характерной особенностью субъекта при его теоретическом определении является то, что его сущность связана не только с гармонией, упорядоченностью, целостностью, но и с разрешением противоречий. Субъект сам представляет собой некоторую специфическую систему, которая никогда не совпадает с той системой, которая философски определяется как объект, а иначе — как объективная реальность, как социальная, жизненная и любая другая реальность. Активность субъекта связана и проявляется в постоянном разрешении противоречия между той сложной живой системой, которую представляет он сам, включая его цели, мотивы, притязания (если говорить о личностном уровне) и даже структуры его организма, тела (если говорить об организменном, индивидуальном уровне) и объективными, прежде всего, условиями военной службы.

Потребности, представляющие эпицентр воина как высокоорганизованной системы (человек), которые сформированы в армейских условиях и во многом ими детерминированы, никогда этим социумом не удовлетворяются в желаемой степени. В полной мере субъект активен не потому, что потребности движут его активностью, а потому, что разрешает противоречие между своими потребностями, возможностями, условиями и т.д. их удовлетворения. Потребности, безусловно, предметны. Но из этого не вытекает то, что предмет тем самым дан субъекту.

В порядке разрешения этого противоречия субъект и вырабатывает определенный способ организации, в том числе в воинском труде. Система организации самого субъекта представлена не только внутренними условиями, которые, прежде всего, интересуют психологию, не только его ценностями, целями, установками, внутренним миром. Она включает и его природную организацию, и его индивидуальную организацию. Здесь имеются в виду не только ее достоинства, но и ограничения, как присущие каждому индивиду (ограниченная скорость движений, нервных процессов и т. п.), так и характерные для данного индивида (например, плохое запоминание, быстрая утомляемость, слабая воля и т. д.).

Задачей субъекта в самом широком смысле слова становится приведение в соответствие (конечно, в относительных пределах) своих возможностей и ограничений с требованиями и условиями воинского труда, что он и осуществляет в порядке разрешения противоречий между своей системой организации и системой организации военной службы, боевого поста и т. д.

В воинском труде все эти характеристики выражены вполне определенно и конкретно. В нем само определение субъекта как способа организации или как системы организации имеет в своей основе противоречие, несоответствие его возможностей и ограничений той конкретной специфике, в которой он должен выполнять служебные обязанности. Как субъект военнослужащий решает основное противоречие, которое выражается в несоответствии реального армейского уклада уставным требованиям или в несоответствии условий, которые обеспечили бы возможность поддерживать достигнутое соответствие. Это основное противоречие сферы военной службы складывается из множества реальных противоречий и выступает весьма конкретно.

Проблемы военной акмеологии как интегративной науки и практики, ее предмет исследования и практической помощи военнослужащему связаны прежде всего именно с таким теоретическим пониманием субъекта воинского труда. Она имеет дело с комплексным пространством жизнедеятельности воина, которое складывается из природных, психических, личностных условий его функционирования, с одной стороны, социальных (во всей конкретности этого понятия) условий с другой, и способов организации воинского труда — с третьей.

Военная акмеология, исходя из понимания субъекта воинского труда не как идеального его образа, а постоянного движения к нему, рассматривает соотношение реальных характеристик руководителя с оптимальной моделью управленца. Такая модель субъекта управления описывается акмеограммой.

В отличие от теории управления, научной организации труда и т.п., которые нормативно предписывают всем системам (социальным, чисто организационным, инженерным и т. п.) более эффективные способы функционирования, военная акмеология имеет своим предметом субъект и лишь содействует ему в нахождении более оптимального способа организации. В этом смысле модель субъекта управления — не нормативная дисциплина, а гуманитарная, ценностная, гуманистическая, содействующая субъекту воинского труда в достижении собственных вершин в избранном деле, но не превращающая его в объект управления.

Подобно этике, она является ценностной, т. е. имеющей в виду идеал, но ее задачей является учет той реальности, отправляясь от которой любой военнослужащий может двигаться к идеалу, также как этика имеет в виду не только нравственность, но и безнравственность, не только добро, но и зло. Причем эта ее позиция неизменна по отношению к любому защитнику Отечества.

Вместе с тем, в отличие от этики, особенно абстрактной, военная акмеология является более инструментальной дисциплиной, поскольку способы ее содействия воину как субъекту, посвятившему себя служению Родине, должны быть не только конкретны, но и суперконкретны: нужно реальное консультирование по выработке правильного решения и реализации его в рамках оптимальной модели, алгоритма и технологии; требуется социально-психологическое и иное содействие в военной службе, особенно при решении боевых задач; диктуется острая потребность в эффективной профессионализации военных кадров; выражается постоянная потребность в акмеологическом сопровождении всех сторон воинского труда.

Однако отмеченная суперконкретность не означает, что военная акмеология является не только практической, прикладной областью человековедения в армейских условиях. Она именно в силу своего комплексного, интегративного характера должна иметь особо выверенные теоретические координаты, стратегии, дополняемые продуктивными исследовательско-развивающими технологиями, чтобы не "завязнуть" в частностях и эмпирике отдельных случае в, а быть на постоянно востребованном уровне.