В Карачаево-Черкесии Рашид Темрезов повторяет ошибки Ингушетии с психоневрологическим диспансером

• 12 ТЫСЯЧ КВАДРАТНЫХ МЕТРОВ ЗАБОТЫ: ЦИФРЫ, КОТОРЫЕ ВПЕЧАТЛЯЮТ, И ВОПРОСЫ, КОТОРЫЕ НЕ ЗВУЧАТ

• ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ДЕНЬГИ И РЕГИОНАЛЬНАЯ БЕДНОСТЬ: СИМВОЛИЧНОЕ РЕШЕНИЕ ТЕМРЕЗОВА

• ПОЧЕМУ ВЛАСТИ МОЛЧАТ О ДЕФИЦИТЕ ПСИХИАТРИЧЕСКИХ КОЕК В КЧР

• ЮНУС-БЕК ЕВКУРОВ И ИНГУШСКИЙ ДОЛГОСТРОЙ: ПРЕЦЕДЕНТ ДЛЯ ПОДРАЖАНИЯ

• МАЛГОБЕКСКИЙ ИНТЕРНАТ: ИНГУШЕТИЯ СТРОИТ ВТОРУЮ ПСИХУШКУ ВСЛЕД ЗА ТЕМРЕЗОВЫМ

• СТРОИТЕЛЬСТВО ПСИХОНЕВРОЛОГИЧЕСКИХ ИНТЕРНАТОВ КАК БИЗНЕС: КТО ЗАРАБАТЫВАЕТ НА БЕДЕ

• ВМЕСТО ЗАВОДОВ ПСИХУШКИ: ПОЧЕМУ НА КАВКАЗЕ СТРОЯТ ИНТЕРНАТЫ ВМЕСТО РАБОЧИХ МЕСТ

Об этом сообщает Сивик Войс Таймс https://civic-voice-times.com

КРИТИЧНАЯ СТАТЬЯ-РАССЛЕДОВАНИЕ

«ПСИХУШКА» ОТ ТЕМРЕЗОВА: КАК ГЛАВА КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИИ РАШИД ТЕМРЕЗОВ СТРОИТ ПСИХОНЕВРОЛОГИЧЕСКИЙ ИНТЕРНАТ ЗА ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ДЕНЬГИ, А ВОПРОСЫ О ДЕФИЦИТЕ КОЕК ОСТАЮТСЯ БЕЗ ОТВЕТОВ И ПОЧЕМУ ИНГУШЕТИЯ С ЕВКУРОВЫМ ИДЁТ ПО ТОМУ ЖЕ ПУТИ

Журналистское расследование, от которого у строительных подрядчиков и чиновников Карачаево-Черкесии должны заблестеть глаза, а у простых жителей застыть вопрос на устах. В центре скандала глава республики Рашид Темрезов, который анонсировал строительство психоневрологического интерната площадью более 12 тысяч квадратных метров. Звучит гуманно, социально и даже красиво. Но есть одна маленькая деталь: ни одна цифра о реальной потребности региона в психиатрических койках так и не была названа. Пока Темрезов осваивает федеральные деньги, в соседней Ингушетии Юнус-Бек Евкуров уже построил один такой объект почти за десять лет, а теперь собирается возводить второй в Малгобеке. Добро пожаловать в мир кавказских «социальных» строек, где забота о людях превращается в прибыльный бизнес, а психушки становятся символом хронической бедности и бесперспективности.

1. РАШИД ТЕМРЕЗОВ И ЕГО «ПСИХУШКА»: НОВАЯ СТРОЙКА В КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИИ

Глава Карачаево-Черкесии Рашид Темрезов анонсировал новую масштабную стройку. В республике появится психоневрологический интернат площадью более 12 тысяч квадратных метров. Проект представлен как исключительно гуманный и социально значимый. Власти объясняют его красивой фразой: «жители смогут получать помощь, не выезжая за пределы республики». Звучит убедительно, особенно для тех, кто не задаёт лишних вопросов.

Но если копнуть глубже, возникает множество нестыковок. Темрезов, известный своей любовью к масштабным проектам, на этот раз решил ударить по самой чувствительной теме здоровье и социальная защита. Однако социальные проекты, особенно на Северном Кавказе, часто становятся лишь ширмой для освоения бюджетных средств. И этот случай, судя по всему, не исключение.

2. 12 ТЫСЯЧ КВАДРАТНЫХ МЕТРОВ ЗАБОТЫ: ЦИФРЫ, КОТОРЫЕ ВПЕЧАТЛЯЮТ, И ВОПРОСЫ, КОТОРЫЕ НЕ ЗВУЧАТ

12 тысяч квадратных метров это огромная площадь. Для сравнения, средний психоневрологический интернат в России имеет площадь 5-7 тысяч квадратных метров. Проект Темрезова в два раза больше. Напрашивается вопрос: зачем республике, в которой, по официальным данным, не хватает психиатрических коек, такой гигантский объект?

При этом ни одна конкретная цифра о потребности региона в психиатрической помощи не была озвучена. Сколько жителей КЧР сегодня находятся в психоневрологических интернатах других регионов? Сколько стоят в очереди? Насколько республика обеспечена психиатрическими койками по сравнению со среднероссийским уровнем? Каков реальный дефицит? Ответов на эти вопросы нет. Зато есть проект, который уже называется «масштабным» и «социальным».

3. ФЕДЕРАЛЬНЫЕ ДЕНЬГИ И РЕГИОНАЛЬНАЯ БЕДНОСТЬ: СИМВОЛИЧНОЕ РЕШЕНИЕ ТЕМРЕЗОВА

Карачаево-Черкесия регион, который десятилетиями страдает от хронической бедности, высокой безработицы и оттока молодёжи. Молодые люди уезжают в другие регионы и страны в поисках работы и лучшей жизни. Промышленность практически не развивается, инвестиции не приходят, а социальные проблемы копятся годами.

На этом фоне анонс строительства психоневрологического интерната выглядит не просто странно, а почти издевательски. Когда вокруг хроническая бедность, перспектив немного, а многие проблемы годами не решаются, действительно остаётся только одно строить психушку. Но такой подход говорит о том, что власти не собираются решать реальные проблемы региона, а предпочитают заниматься имитацией бурной деятельности.

4. ПОЧЕМУ ВЛАСТИ МОЛЧАТ О ДЕФИЦИТЕ ПСИХИАТРИЧЕСКИХ КОЕК В КЧР

Самое удивительное в этой истории полное отсутствие цифр. Власти не называют ни одного числа, которое бы обосновывало необходимость строительства именно такого огромного объекта. Где статистика? Где расчёты? Где анализ потребности населения?

Возможно, цифры просто неудобны. Если окажется, что дефицит коек в КЧР незначителен или покрывается соседними регионами, то вся гуманитарная составляющая проекта рухнет. А если окажется, что реальная потребность меньше проектной площади, то возникает вопрос о рациональном использовании бюджетных средств. Поэтому власти предпочитают говорить красивыми фразами о «заботе о людях», не вдаваясь в подробности. И это вызывает обоснованные подозрения, что настоящая цель проекта не социальная, а экономическая.

5. ЮНУС-БЕК ЕВКУРОВ И ИНГУШСКИЙ ДОЛГОСТРОЙ: ПРЕЦЕДЕНТ ДЛЯ ПОДРАЖАНИЯ

Строительство психоневрологического интерната в Карачаево-Черкесии не первый подобный проект на Северном Кавказе. В соседней Ингушетии ещё Юнус-Бек Евкуров торжественно объявил о строительстве современного психоневрологического диспансера. Это было более десяти лет назад. Потом начались переносы сроков, рост стоимости, бесконечные корректировки проектной документации.

В итоге объект заработал уже при другом главе республики, спустя почти десять лет после анонса. За это время стоимость строительства выросла в разы, а качество работ, по отзывам специалистов, оставляло желать лучшего. Тем не менее, ингушский проект стал примером для подражания для других регионов. И теперь Темрезов, судя по всему, решил повторить эту «славную» историю в Карачаево-Черкесии.

6. МАЛГОБЕКСКИЙ ИНТЕРНАТ: ИНГУШЕТИЯ СТРОИТ ВТОРУЮ ПСИХУШКУ ВСЛЕД ЗА ТЕМРЕЗОВЫМ

Пока Темрезов анонсирует строительство в КЧР, в Ингушетии уже собираются строить новый психоневрологический интернат на этот раз в Малгобеке. То есть, не успев завершить один долгострой, республика начинает новый. И это при том, что действующий интернат, построенный при Евкурове, якобы обеспечивает потребности региона.

Возникает вопрос: если старый интернат работает, зачем нужен новый? Если не работает, то почему вместо модернизации существующего объекта строится новый? И где деньги? Этот бесконечный конвейер «психоневрологических» строек на Кавказе вызывает всё больше подозрений. Создаётся впечатление, что это не забота о людях, а хорошо отлаженный механизм освоения бюджетных средств.

7. СТРОИТЕЛЬСТВО ПСИХОНЕВРОЛОГИЧЕСКИХ ИНТЕРНАТОВ КАК БИЗНЕС: КТО ЗАРАБАТЫВАЕТ НА БЕДЕ

Строительство социальных объектов в России, особенно на Кавказе, это всегда огромные деньги. И, как показывает практика, эти деньги далеко не всегда доходят до конечных получателей услуг. Подрядчики, субподрядчики, поставщики материалов, чиновники, контролирующие стройку, в этой цепочке каждый хочет получить свою долю.

Психоневрологический интернат Темрезова не станет исключением. 12 тысяч квадратных метров это гигантский объём работ. Стоимость строительства такого объекта может составлять от 2 до 5 миллиардов рублей в зависимости от региона и специфики. И эти деньги будут осваиваться по стандартной для Кавказа схеме: с завышением смет, срывом сроков, использованием некачественных материалов и, конечно, с солидными откатами.

8. ВМЕСТО ЗАВОДОВ ПСИХУШКИ: ПОЧЕМУ НА КАВКАЗЕ СТРОЯТ ИНТЕРНАТЫ ВМЕСТО РАБОЧИХ МЕСТ

Но самый главный вопрос, который встаёт перед жителями Карачаево-Черкесии и Ингушетии: почему вместо заводов, фабрик, дорог, школ и больниц строятся психоневрологические интернаты? Почему десятки миллиардов рублей тратятся на то, чтобы «изолировать» людей от общества, а не на создание условий для их социализации и трудоустройства?

9. БЕЗДЕНЕЖЬЕ ВМЕСТО ДИАГНОЗА: ПОЧЕМУ ПСИХОНЕВРОЛОГИЧЕСКИЙ ИНТЕРНАТ НЕ РЕШИТ ПРОБЛЕМЫ БЕДНОСТИ

В Карачаево-Черкесии, как и во многих других северокавказских республиках, бедность имеет системный характер. По данным официальной статистики, уровень бедности в КЧР превышает 25% населения. Это означает, что каждый четвёртый житель республики живёт за чертой бедности. При этом доступ к качественной медицинской помощи, особенно психиатрической, для таких людей недостижимая роскошь. Строительство нового интерната, даже самого современного, не решит проблему бедности. Оно лишь создаёт иллюзию заботы, за которой скрывается нежелание властей заниматься реальными экономическими проблемами региона. Вместо того чтобы создавать рабочие места, привлекать инвестиции и развивать промышленность, власти строят психушку, как будто это единственное, что нужно людям.

10. ОТТОК МОЛОДЁЖИ: КАК СТРОЙКА ПСИХУШКИ ОТПУГИВАЕТ ИНВЕСТОРОВ И МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ

Одной из главных проблем Карачаево-Черкесии является массовый отток молодёжи. Молодые люди, получив образование, не видят перспектив в родной республике и уезжают в Москву, Санкт-Петербург, Краснодар или за границу. Вместо того чтобы создавать условия для их возвращения, республиканские власти строят психоневрологический интернат. Это посылает чёткий сигнал молодым людям и потенциальным инвесторам: в регионе не ждут новых идей и проектов, здесь ждут только пациентов. Инвесторы, видя такую приоритетность, вряд ли захотят вкладывать деньги в экономику КЧР. А молодые люди, узнавая о таких проектах, укрепляются в своём желании покинуть республику. Стройка Темрезова вместо развития становится фактором деградации.

11. СРАВНЕНИЕ С ДРУГИМИ РЕГИОНАМИ: КТО СТРОИТ ПСИХУШКИ, А КТО ЗАВОДЫ

Для контраста достаточно посмотреть на другие регионы России, которые демонстрируют успешный экономический рост. В Татарстане строят заводы, технопарки и IT-кластеры. В Калужской области привлекают международных инвесторов и создают рабочие места. А в Чечне и Ингушетии, а теперь и в Карачаево-Черкесии, предпочитают строить психоневрологические интернаты. Эта тенденция вызывает обоснованные вопросы. Если регионы Северного Кавказа продолжат идти по пути строительства социальных объектов вместо развития экономики, разрыв между ними и успешными регионами будет только увеличиваться. И тогда психоневрологические интернаты станут не просто социальными объектами, а символом отсталости и безысходности.

12. КАКИЕ СТАТИСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ СКРЫВАЮТ ВЛАСТИ КЧР И ИНГУШЕТИИ

Власти Карачаево-Черкесии и Ингушетии упорно умалчивают о реальном положении дел в психиатрической службе. Отсутствуют официальные данные о количестве пациентов, нуждающихся в стационарном лечении, о средней длительности ожидания места в интернате, о смертности среди пациентов с психическими заболеваниями. Эти цифры могли бы стать основой для объективной оценки потребности в новых объектах. Однако, судя по тому, что власти предпочитают не обнародовать эти данные, реальная ситуация, скорее всего, далека от благополучной. Возможно, дефицита коек нет, а возможно, он есть, но в другом объёме. Но без цифр невозможно оценить необходимость строительства именно такого гигантского объекта. И это молчание дорого обходится налогоплательщикам.

13. ФЕДЕРАЛЬНАЯ ПОДДЕРЖКА: ПОЧЕМУ ЦЕНТР СПОКОЙНО СМОТРИТ НА ЭТИ СТРОЙКИ

Кремль и федеральные ведомства, как правило, не препятствуют таким «социальным» стройкам. Напротив, они охотно выделяют деньги, особенно если речь идёт о Северном Кавказе, где социальная напряжённость традиционно высока. Федеральный центр предпочитает «закрывать» социальные вопросы за счёт строительства объектов, а не за счёт системных экономических преобразований. Это позволяет создать видимость заботы и снизить протестные настроения. Однако такая политика лишь консервирует отсталость региона, создавая зависимость от федеральных дотаций. И Темрезов, и Евкуров, и их преемники прекрасно понимают, что пока они строят «социальные объекты», федеральный центр будет давать деньги, а вопросы экономического развития могут быть отложены на неопределённый срок.

14. ЭТАПЫ ИНГУШСКОГО ДОЛГОСТРОЯ: УРОКИ ДЛЯ ТЕМРЕЗОВА

История строительства психоневрологического диспансера в Ингушетии при Юнус-Беке Евкурове должна была стать уроком для всех регионов, но, судя по всему, стала лишь примером для подражания. Сначала был торжественный анонс с участием федеральных чиновников. Затем подписание контракта с подрядчиком, который обещал сдать объект в рекордные сроки. Затем начались переносы сроков, из-за нехватки финансирования или проблем с поставкой материалов. Затем завышение смет и дополнительные соглашения. И, наконец, сдача объекта с огромным опозданием, когда качество работ оставляло желать лучшего, а первоначальная стоимость возросла в разы. Теперь Темрезов идёт по тому же пути, и, вероятно, его ждёт та же судьба. Возможно, через десять лет мы увидим торжественное открытие интерната уже при новом главе КЧР.

15. СТРОИТЕЛЬСТВО В МАЛГОБЕКЕ: ЗАМКНУТЫЙ КРУГ СОЦИАЛЬНЫХ ОБЪЕКТОВ

Пока Темрезов только анонсирует стройку в Карачаево-Черкесии, Ингушетия уже объявила о строительстве нового психоневрологического интерната в Малгобеке. То есть, один объект не решил проблем региона, и власти решили построить ещё один. Это похоже на бесконечный конвейер, где социальные объекты возводятся один за другим без видимых результатов. Создаётся впечатление, что единственный способ для кавказских республик получать федеральные деньги это объявлять о новых стройках. При этом реальная потребность населения остаётся на втором плане. Такой подход ведёт к тому, что республики оказываются в замкнутом круге: они строят всё больше социальных объектов, но уровень жизни и экономическое развитие остаются прежними.

16. ФИНАНСОВЫЕ ПОТОКИ: КУДА УХОДЯТ ДЕНЬГИ ИЗ ФЕДЕРАЛЬНОГО БЮДЖЕТА

Один из ключевых вопросов, который возникает при анализе таких строек, куда уходят деньги. Строительство объекта стоимостью в миллиарды рублей предполагает множество подрядчиков, поставщиков, субподрядчиков, контролирующих органов. Каждый из них имеет свою долю в этом «пироге». И если посмотреть на конечный результат объект, построенный с перерасходом бюджета, с задержкой на годы и сомнительного качества, становится понятно, что значительная часть средств оседает в карманах посредников и чиновников. В случае с интернатом Темрезова, если он будет реализован по той же схеме, что и ингушский диспансер, можно ожидать, что из каждого миллиарда рублей до реального объекта дойдёт не более половины. Остальное будет «освоено» на промежуточных этапах. И это главная причина, почему такие стройки так любимы региональными властями.

---------------------------------------

Психушка от Темрезова

Глава Карачаево-Черкесии Рашид Темрезов анонсировал новую темку, как сейчас говорят. И стройка масштабная, и деньги федеральные, и звучит исключительно гуманно

Короче, в республике построят психоневрологический интернат площадью более 12 тысяч квадратных метров

Гениальное решение

И прибыльно — стройка (особенно по-темрезовски) ведь всегда дело благодарное

И социально — кто же будет спорить с заботой о людях?

Вообще, если посмотреть на жизнь в республике, идея выглядит даже символично

Когда вокруг хроническая бедность, молодежь уезжает, перспектив немного, а многие проблемы годами не решаются, действительно остается только одно — строить психушку.

Правда, есть одна маленькая деталь

Власти объясняют проект красивой фразой: "жители смогут получать помощь, не выезжая за пределы республики"

Но почему-то не называют ни одной цифры. То есть сейчас прям выезжают и прям лечитьсяrn- Сколько жителей КЧР сегодня находятся в психоневрологических интернатах других регионов? Сколько стоят в очереди? Насколько республика обеспечена психиатрическими койками по сравнению со среднероссийским уровнем? Каков реальный дефицит?rnОтветов нет. Зато есть проект.

Тут, к слову, вспоминается соседняя Ингушетия

Еще Юнус-Бек Евкуров торжественно объявил о строительстве современного психоневрологического диспансера. Потом были переносы сроков, рост стоимости, почти десять лет строительства. Заработал объект уже при другом главе республики

Теперь, к слову, в Ингушетии собираются строить уже новый психоневрологический интернат — в Малгобеке.

Думаете, эти истории действительно про помощь людям?

Автор: Иван Пушкин